Читаем Хроника Беловодья полностью

Португалов вскочил с лежанки и начал быстро ходить взад-вперед. Иногда это помогало думать. Наконец, остановился — Знаешь, Вася, мне кажется, трогать стену нельзя. Она может оказаться совсем не такой прочной, как представляется. И у меня появилось ощущение, что она теперь последняя преграда, между слиянием двух миров. Необратимого слияния, которое мы не сможем прекратить, так как делали это раньше, одним поворотом рубильника. И что при этом произойдет, никто не знает. Нам придется очень много потрудиться, чтобы хотя бы приблизиться к какому-то пониманию. И только тогда мы сможем решить, что же делать дальше. Ломать ли стену, или, наоборот, укреплять ее.

— Обидно будет не дожить. — намекнул Вася.

— Нет. — твердо сказал Португалов. — Я отсюда не уйду.

Дверь в лабораторию распахнулась. На пороге стояли вооруженные люди. Черноволосый, с непокрытой головой, не вынимая рук из карманов черного пальто, выступил вперед. Блеснули стеклышки пенсне.

— Гражданин Португалов, кто будет?

— Эх. — только и сказал Вася.

Португалов встал с лежанки. — К вашим услугам. Чем, собственно, обязан?

Черноволосый прошел на середину подвала, за ним вошли красноармейцы. Сразу стало тесно.

— Собирайтесь, пойдете с нами. По приказу Военсовета город очищается от сомнительного элемента.

— Португалов поднял с пола тетрадь, сунул ее в карман пиджака. — Чем же это я сомнителен? Позвольте полюбопытствовать.

— Так. — Черноволосый требовательно протянул руку. — Тетрадочку эту дайте сюда.

— Зачем она вам? — удивился Португалов.

Голос черноволосого приобрел металлический тембр. — Тетрадь — сюда. Или что-то неясно?

— Янович, отдай тетрадь. — сказал, сидящий на кровати, Вася. — С дураками дело имеем.

Черноволосый повернулся к нему. — А ты кто такой?

Вася усмехнулся ему в лицо. — Вот и видно, что дураки, порядка не знают. Это ты мне скажи сначала, кто ты такой. А то, может быть, ты бандит переодетый?

Черноволосый поправил пенсне на хрящеватом носу и смерив Васю равнодушным взглядом небесно-голубых глаз, сказал. — ЧК, слыхал про такое?

— Я в ЧК всех знаю. И Злотникова Тимоху знаю, начальника их. — ответил Вася. — А тебя там что-то не видал. Мандат покажь.

— Малец какой наглый. — удивился кто-то из красноармейцев. — Разговоры разговаривает. Дать по башке, да и весь сказ.

— Нельзя. — с некоторым сожалением произнес черноволосый. — Это будет уже нарушение социалистической законности. — После этих слов он достал из внутреннего кармана пальто бумагу и, развернув ее, поднес Васе под самый нос. — Читай, мальчик, коли грамотный.

— Да уж пограмотней тебя. — Вася наклонил голову и зачитал вслух. — Сим удостоверяется. Товарищ Циммерман Моисей Яковлевич командируется коллегией ВЧК для работы в прифронтовой полосе Южного фронта. Всем организациям и гражданам предписывается оказывать товарищу Циммерману Моисею Яковлевичу всяческое содействие.

Подпись. Печать.

— Ну, что, съел, умник? — поинтересовался тот же самый красноармеец.

— Достаточно? — спросил черноволосый и, не дожидаясь ответа, добавил. — По глазам вижу, что достаточно. Так что отойди вон в тот угол и не путайся под ногами.

Вася нехотя исполнил приказание, пробурчав по дороге, что он и сам такую же бумажку может нарисовать, а печать нынче на базаре за коробок спичек тебе вырежут из сырой картофелины на любой вкус.

— Разбираешься. — одобрил черноволосый. — Однако нехорошо получается. Я тебе свой документ показал, а вот кто ты такой, мы до сих пор не знаем.

— Я — красный сирота. — гордо ответил Вася. — Это чтоб ты, товарищ Моисей Яковлевич Циммерман, не сомневался насчет моей классовой принадлежности. А работаю по электрической части у профессора Португалова, по направлению фабкома фабрики имени Камилла Демулена, бывшей стрекопытовской.

— Да это Васька Залепухин. — сказал другой красноармеец, видно из местных, впрочем лица его Вася не узнал. — Все так и есть. И сирота, и работает у профессора. Хороший хлопчик, правда, придурковатый слегонца, ну, да что с него взять.

— А ты кто такой? — вскричал оскорбленный Вася. Но его уже никто не слушал.

— Понятно. — черноволосый махнул рукой. — Товарищ Серафимов, приступайте к обыску.

Румяный, полнотелый молодец в командирской форме со значком на широкой груди петушком выскочил вперед и дело закипело. Уже через пять минут участь Португалова была решена.

Тот самый местный красноармеец, которого не узнал Вася, вытащил из-под набитой соломой подушки браунинг, некогда подаренный профессору Гаврилой Стрекопытовым. Уезжая в Австрию, перед войной. Португалов спрятал его в ящике с инструментами, где пистолет мирно дожидался возвращения хозяина. А после перезда лаборатории на новое место, браунинг был извлечен на свет божий, для защиты от лихих людей. Португалову так и не довелось из него ни разу выстрелить. А Вася пару недель назад ходил за реку и там израсходовал три патрона, стараясь поразить одинокую осину. Стрелял с пятнадцати шагов, но попал только раз, не умея с непривычки приноровиться к отдаче.