Норманны, заняв устье реки Луары, опять стали жестоко опустошать провинции Нант, Анжу, Пуату и Турень; Роберт, который держал марку, и Рамнульф¹, герцог Аквитании, отправили против них войско. Норманны, узнав об этом, поторопились вернуться к флоту, но с приближением войска поняли, что уже не смогут бежать; войдя в некое поместье², они укрепились там, насколько позволило время. Была там довольно большая каменная базилика, куда и вошло большинство их во главе со своим герцогом Хастингом. Роберт и Рамнульф, ворвавшись, перебили всех, кто остался за стенами базилики. Подойдя к базилике, они увидели, что место сильно укреплено; заметив также, что там укрылся немалый отряд язычников, они на короткое время задумались, а затем разбили вокруг [базилики] лагерь, решив на следующий день штурмовать ее с помощью машин и осадной техники. Роберт, страдая от жары, снял шлем и панцирь, чтобы немного освежиться. И вот, когда все были заняты постройкой лагеря, норманны внезапно выскочили из укрепления и с криком напали на Роберта и его товарищей; те, тут же схватив оружие, мужественно отразили врагов и вынудили их отступить в базилику. Роберт, поспешив туда без шлема и панциря и неосторожно преследуя врагов, был убит при входе в церковь; тело его было захвачено норманнами. Рамнульф же находился снаружи, но был тяжело ранен из лука неким норманном через окно базилики; унесенный с поля боя, он едва прожил еще 3 дня. Войско, охваченное после потери вождя скорбью и смятением, в тот же час сняло осаду и вернулось домой. А норманны, торжествуя, вернулись к судам. Чуть позже на место Роберта был назначен аббат Гуго, муж, обладавший всеми добродетелями; ибо Одо³ и Роберт⁴, сыновья Роберта, были еще слишком малы, когда погиб их отец.

В это время сарацины, придя из Африки в Беневент, огнем, мечом и грабежом опустошили почти всю эту страну. Император Людовик, сын Лотаря Старшего, собрав против них войско, послал к брату Лотарю в Галлию, чтобы он помог ему силами франков⁵. Тот, не медля, собрал огромное войско и насколько мог быстро пришел на помощь брату. И состоялось там множество битв, не только храбро, но и счастливо проведенных ими с помощью Божьей. Между тем из войска Лотаря, сильно страдавшего от непривычной жары и нездорового воздуха, пораженного дизентерией и поносом, погибло бесчисленное множество людей; очень многие также погибли от укусов пауков, так что уже тогда стало ясно, что Бог наказал не только Лотаря за его жестокосердие и нежелание покаяться, но и все его королевство. Итак, он вернулся во Францию, понеся большие потери среди своих людей.^a

A.869

869 г.^aСвятой папа Николай после множества битв за нерушимый статус святой церкви отошел к Господу. Ни один епископ в городе Риме после блаженного Григория не был, как кажется, ему равен. Он повелевал королями и тиранами и, словно владыка всего мира, превосходил их своей властью; с благочестивыми епископами и священниками он был ласков, приветлив, мягок и благочестив; со сбившимися же с истинного пути он был грозен и строг, так что, казалось, восстал второй Илия, пусть не по плоти, но по духу и добродетели.^{a b}В понтификате ему наследовал Адриан¹ и пребывал в должности 3 года, 9 месяцев, 10 дней. Он постановил, чтобы тот, кто убьет епископа, был проклят Богом и всеми святыми.^b

^aКогда Лотарь узнал об этом, он направил ему такие слова: «Несчастная весть о том, что блаженной памяти господин Николай скончался, будучи призван к Христу, жестоко поразила слух нашего величества». И через несколько слов: «Но, - повторяем мы с прискорбием, - в глазах его святости большее значение имели козни наших врагов и лживые измышления, чем наша смиренная и чистая защита. Ведь мы, неустанно обращаясь к нему и в письмах, и устно, повторяя то же самое через различные посольства, смиренно просили, чтобы мы и обвинители наши были выслушаны этим понтификом согласно божеским и человеческим законам, [предлагая], как учит разум, явиться к нему лично. Но всегда были отвергаемы». И через несколько слов: «Но так как всемогущий Бог, который выше всех пастырей, возвел на престол светоч Вашего святейшества, то мы весьма желали бы, если дозволит время, увидеться с Вами, оживиться Вашей, достойной Бога, речью и получить медоточивое благословение». И в конце этого письма: «Между тем мы всеми мерами умоляем Вас письменно оповестить наше величество о Вашем желанном здравии и удостоить нас чести называться Вашим излюбленным сыном».

На это вышеназванный папа ответил, что престол блаженного Петра всегда готов принять достойное возмещение и никогда не отказывал в том, что справедливо предписывается божескими и человеческими законами; итак, если он считает, что невиновен в предъявленном обвинении, то пусть со всей уверенностью отправляется к апостольскому престолу, чтобы получить желанное благословение; если же чувствует за собой вину, то и тогда пусть без промедления поспешит принести ради спасения достойное покаяние.^a