Читаем Хранительница Грез полностью

Примерно через полчаса стокмен вошел в кабинет. Теперь он был в мокрой от пота батистовой рубашке. И даже держал свою шляпу в руках, хотя его прическа не носила следов ее прикосновения. Энни подумала, что он взял шляпу специально для того, чтобы подчеркнуть официальность отношений между хозяином и наемником.

— Вы желали меня видеть?

Она чуть не рассмеялась. Господи, да! Она желала его. Хуже то, что он знал это, черт бы его побрал! Энни придвинула свое кресло ближе к столу, потому что в коленках появилась слабость только от одного присутствия этого мужчины:

— Я хотела бы услышать ваше мнение. Легкая усмешка заиграла в уголках его рта.

— Вы спрашиваете моего мнения? Несомненно, ее слава упрямой женщины, которая прислушивается только к собственному мнению, независимость и нежелание слушать советы, уже достигла его ушей.

— Что вы думаете, если Время Грез закажет несколько новых машин для стрижки овец?

Льюис засунул большие пальцы за пояс, как это обычно делал:

— Я думаю, что стригалям придется научиться обращаться с ними, в противном случае, им просто нечего будет здесь делать.

Энни положила руки на стол и сурово улыбнулась:

— Я заказала машины, а вы обучите стригалей.

Его высокомерная улыбка бумерангом вернулась к ней в ответ на ее вызывающий тон:

— Не беспокойтесь, мисс Трэмейн.

Однако машины прибыли из Мельбурна только спустя три недели.

Эти три недели были для Энни весьма напряженными. Напряжение в отношениях с Рэгги возникло в тот день, когда она застала его без рубашки, а он заметил желание в ее глазах. Они оба знали об этом, и это знание делало их ранее легкие приятельские отношения почти невозможными.

Долгожданный дождь добавил смуты в душе и вынудил Энни большую часть времени проводить дома, заниматься рутинными делами, которые то и дело так или иначе напоминали о Льюисе.

Когда же Зэб и Баловэй вернулись с фургоном, нагруженным машинами для стрижки овец, она вместе с Рэгги ожидала их на веранде, не говоря ни слова.

Они работали плечом к плечу, разгружая машины, — конструкции из лезвий, шкивов и приводных ремней. Сорок стригалей стояли поодаль от фургона и молча наблюдали. Они было ушли на ранчо Данлоп, но вернулись, чтобы достричь оставшихся овец, принадлежавших Времени Грез.

— Я не думаю, что они собираются что-нибудь делать с машинами, — сказала Энни Льюису.

Рэгги взглянул на нее снизу:

— Я полагаю, теперь моя очередь действовать.

Стригали не спеша собирали свои инструменты. Энни и Рэгги наблюдали, как они садились на баржу, чтобы переплыть через бухту Вулумулу на другую сторону.

— Это выглядит так, будто они устраивают демонстрацию, — промолвила девушка.

Рэгги засунул большие пальцы рук за холщовый ремень:

— Н-да, я думаю, мне нужно пойти и поговорить с ними.

— Ну да, ничего не остается, кроме, как хорошенько поговорить, — мрачно подумала Энни и пошла за ним, чтобы посмотреть, как он садится в лодку и переправляется на другой берег, где его уже ждали, спустившись к воде, трое забастовщиков.

После обмена рукопожатиями Рэгги опустился на одно колено, то же самое проделали и представители бастующих. Со стороны их разговор напоминал серьезные переговоры. Прошло полчаса или больше, когда стригали вдруг резко поднялись и зашагали обратно. Видимо, согласия так и не достигли.

Энни ждала, пока Рэгги вернется, но он пошел по направлению к группе стригалей, играющих в «Конское копыто» («Конское копыто» — игра типа пятнашек.). К удивлению девушки, Льюис уселся, скрестив ноги, рядом со стригалями, которые сидели в тени камедного дерева и наблюдали за игрой.

Вторая половина дня прошла похоже. И следующий день, и еще, и еще, и еще. Каждый раз Рэгги перебирался на противоположный берег, чтобы вести переговоры с забастовщиками стригалями. Когда они не хотели его больше слушать, Рэгги все равно оставался с ними, делая все то же самое, что и они. Так прошло более недели.

Когда же Энни спрашивала его, как идут переговоры, Рэгги неизменно отвечал:

— Всему свое время.

Но вот однажды после обеда они с Рэгги сидели у Энни в кабинете, решая, как поступить с несколькими тюками подмокшей от дождя шерсти. Девушка не могла сосредоточиться на том, что говорил Рэгги. Как обычно, все ее мысли крутились вокруг него. Мужчина вдруг как-то слишком дерзко посмотрел вокруг себя. Находил ли он Энни привлекательной? Ее взгляд упал на его загорелые длинные руки, и ее рот дразняще полуоткрылся от внезапно нахлынувшей страсти.

Энни напомнила себе о разнице между ними. В нем в высшей степени ощущалось мужское начало. Она же независима до хищного. Он никогда не поддался бы ей в городе. А она не поддалась бы ему здесь, среди необитаемых диких пустынь. То, что Рэгги работал на нее, лишь усугубляло противостояние характеров.

— Прошлой ночью ветер сорвал парусину, покрывавшую тюки, — говорил он, — и мы потеряли где-то около сорока пяти тюков…

Зэб появился в дверном проеме. Украшение из палочки с тряпочкой в его носу слегка дрожало от плохо скрываемого возбуждения:

— Мисс Трэмейн, мистер Льюис, стригали сказали, чтобы я передал вам их требования.