Читаем Хранительница полностью

По крайней мере, такой она казалось Будиану, который наблюдал за ней из своего кабинета на третьем этаже. Случайно заметив ее, он стоял у окна и не мог оторвать от нее взгляд. Вот она остановилась и сделала несколько танцевальных движений, потом закружилась, раскинув руки. Видно было, что она счастлива, и Будиан знал: причину этого счастья следует искать в отъезде ее мужа. «Бедный князь! – Монах позволил себе подумать о нем с презрительной жалостью. – Похоже, его семейной жизни пришел конец. В лучшем случае она будет его просто терпеть, а в худшем... В худшем она или сбежит с любовником, или сойдет с ума, как предупреждал отец Вигорий, или назло всем станет изменять мужу направо и налево. В любом случае перспективы не радужные». И как помочь своему князю, Будиан не представлял. Да и надо ли ему помогать?

А может?.. Со вчерашнего дня Будиану не давала покоя засевшая в его голове мысль. Может, как-нибудь... устранить князя? Ну, не совсем, конечно, оставить его в живых для прикрытия, но есть же способы заставить его поумерить пыл к собственной жене! А можно и вовсе напустить на него какую-нибудь хворь, чтобы лежал в постели и не думал ни о чем, кроме больного живота.

Интересно, как отнесутся к такой идее в храме? В последнее время Будиан, не желая подставляться самому и подставлять успевшую стать ему слишком дорогой княгиню, уже изолгался на исповедях, рассказывая отцу Вигорию, что с Рил почти все в порядке. А то, что она отказалась ходить в храм, – просто блажь высокомерной дуры. Конечно, приходилось вставлять в рассказ и правду. То, что она в последнее время много своевольничала, знал, к сожалению, не только Будиан, и ему приходилось изворачиваться, как ужу на сковородке, чтобы представить это чем-то само собой разумеющимся. Отец Вигорий на это пока только щурил свои подслеповатые глазки, но открытого недоверия не выражал.

А если?.. Все рассказать ему? По-настоящему, без дураков? Насчет Рил и насчет... амулета? Позволят ему остаться с ней и дальше? И в качестве кого? Может, не позволят, а может, и... настоятельно порекомендуют. Чего ждать от отца Вигория, Будиан отказывался даже предполагать, потому что это все равно было бесполезно. Мысль отца-настоятеля ходила такими извилистыми путями, что о ее траектории можно было только догадываться.

А что, если... сначала сделать это предложение самой Рил? Поговорить с ней начистоту? Как она на все это отреагирует? Может, она после этого посмотрит на Будиана другими глазами, поймет, что вдвоем они – сила, и тогда... О, тогда с отцом Вигорием уже можно будет разговаривать другим тоном!

Так и не придя ни к какому решению, Будиан отошел от окна, чтобы, не подвергаясь соблазну, обдумать все еще раз.

А счастливая Рил была уже в конюшне и наблюдала, как конюх седлал ее любимую кобылку. Здесь же седлали своих коней и ее охранники. Она слегка сожалела, что не предупредила Инора, чтобы он задержался после ночной смены, но посылать за ним сейчас и ждать, когда он придет, она просто не могла. Даже его отсутствие не могло этим утром испортить ей настроения.

Едва Рил оказалась за воротами дворца, как сразу взяла в карьер, твердо решив, что сегодня ее подданные обойдутся без благословений. К счастью, обычной толпы у ворот не оказалось, ее утренний выезд был неожиданным для всех, так что осудить княгиню за пренебрежение традициями было некому. Быстро миновав улицы своей столицы, Рил выехала к западным воротам. Разрумянившаяся от жары и возбужденная от свободы, поющей у нее в крови, она направила свою лошадь на ровные, как ладонь, луга, простирающиеся от западных ворот Олгена до делающей там крутой поворот Быстринки. Вдоволь погоняв и себя, и свою кобылу, Рил решила возвращаться в город другой дорогой, не той которой она пользовалась обычно, а той, по которой раз и навсегда запретил ездить князь. Из чувства противоречия. И эта дорога привела ее прямиком в Закорючку.

На нее это место с первых минут произвело странное впечатление, вызвав острый болезненный приступ то ли грусти, то ли радости. Она поехала медленнее, пытаясь понять, что же ей все это напоминает, и постепенно ей стало казаться, что она здесь уже бывала. На улицах Закорючки из-за жары было почти пусто. Немногочисленные местные жители, удивленные неожиданным визитом княгини, выглядывали из окон, некоторые торопились выйти на улицу, чтобы рассмотреть ее поближе. А Рил с удивлением обнаружила, что кое-кого из этих людей она как будто когда-то видела.