Читаем Хранители Сердца (СИ) полностью

— Триединая — покровительница всех ведьм, богиня любви и добра. — ответила Дарина. — Люди в разных культурах звали её по-разному. Но необычайные знают, что все имена, во всех мифах олицетворяют одну и ту же богиню. Традиционно необычайные и теневые маги связываются узами брака именно в её храме.

— То есть Мэл, намекнула на то, что Думов безнадёжно влюблён в тебя?

— Да, но это не так. Тебе могло показаться. После всего пережитого. — только и отвела взгляд в сторону Дарина.

— Да ладно. Устав Старофинна запрещает отношения между профессорами и студентами, но он не профессор, а аспирант. — хмыкнула Ротская. — Но мы если что — молчок.

— Вот и правильно — молчите, иначе не принесу вам в обед еды из столовой. — Дарина покосилась на тарелки с кашей. — А насчёт его слов… они с отцом действительно не знают. Скоро прибудет инспекция из Совета. Они со всем разберутся. Главное следить за языками на допросе, иначе из пострадавших превратимся в подозреваемых.

— Это они могут. — грустно, словно снова вспоминая прошлое кивнула Ротская.

— Ладно, я на завтрак. — они попрощались и Дарина отправилась в столовую, довольно размышляя над словами Мелисы.

Думов ведь действительно был от неё без ума…

****

У Думова было несколько причин не любить завтраки. Во-первых в столовой всегда пахло… нет запах приятный, но от разнообразия блюд все запахи смешивались и он никак не мог почувствовать угрозу. Нос был его преимущество, с тех пор, как большинство лей-линий связывающих его сознание с миром магии перестали работать. С помощью обоняния он мог определить степень опасности и с помощью него же мог найти выход из ситуации.

Во-вторых, здесь было слишком шумно и людно. А с утра, особенно после бессонной ночи — это не так уж и приятно. Иногда к началу первой пары он переставал понимать что с ним происходит и его одолевала жуткая мигрень. Лишь его чаи с травами спасали положение и приводили мысли в полный порядок. Чаи и одна весьма любознательная огненная леди, которая затуманивала его рассудок более коварно.

Но это было уже в-третьих, потому что от подобной близости с Пламеневой его накрывало совершенно непривычной, непонятной, безумной волной эмоций.

Ему хотелось смеяться, когда она шутила, улыбаться, когда она улыбалась ему и отвечать на все её вопросы. А их было много и ему это тоже нравилось. Но нравилось до такой степени, что когда он оставался один его это начинало пугать. И от этих странных перепадов настроения и хождений по краю пропасти его сознание приходило в дикий ужас. И от всего этого неудобства и отсутствия контроля над ситуацией становилось так гадко, что он с нетерпением ждал каждой встречи с причиной своего безумия, чтобы забыться с ней. Забыть обо всём. О своём долге, о своих целях, о важности собственной жизни. Казалось, ещё немного и он будет готов валятся в её ногах за право просто дышать одним воздухом.

Но всё это оставалось у Думова в голове. И пока об этом знал только он, ему всё же немного казалось, что в какой-то мере он эту ситуацию контролирует. А если есть что контролировать, то значит всё ещё в порядке и как говорится… Пациент скорее жив, чем мёртв.

И в очередной такой завтрак, сидя за столом со светилами науки Земли он щекой подоткнув руку прикрыл глаза. Шум и запахи снова раздражали его, ведь внимание его не отвлекала каштановая головка, в которой скрывалось множество вопросов.

Когда стул рядом с ним отодвинулся он был настолько рад, что не заметил, как всё вокруг затихло.

— Я думал ваш девичник продлится дольше. — протирая очки тряпочкой сказал он и вернул артефакт на нос.

И нет, стул отодвинула не Дарина. И нет тишина вокруг не была воображаемой. Просто рядом с ним сел человек, которого он меньше всего собирался здесь увидеть.

Зверь… или как его называл Фёдор — Николас, был фигурой очень мрачной. И Думов так считал не потому, что у них были разногласия. Просто Николас выглядели как его точная копия, только в чёрном цвете.

Николас был выше него, шире в плечах и чего уж там вдвое сильнее. Особенно сейчас… Зверь имел те же черты лица и если бы не аристократичная бледности Думова их можно было принять за близнецов. Новый посетитель Старофинна был черноволосым и зеленоглазым. Его чёрная толстая коса спускалась ниже пояса. Такой даже Пламенева бы позавидовала. Зверь был в сером мундире с четырьмя прямоугольными клёпками на левой груди, наплечниками и рядами щитком из чёрного магического стекла.

А ведь Думов слышал о том, что у старика в Совете крыса. А крыса то оказалась кошкой. Хитрой, беспринципной, изворотливой… Думов мог подбирать эпитеты для этого человека вечно, но их гляделки затянулись. Настолько, что Пламенев успел понять для себя достаточно.

— Твоё безумство прогрессирует? — подтвердил догадку Александра Николаевича Зверь. — Теперь разговариваешь сам с собой?

— Сначала я хотел сказать, что здесь занято, но теперь хочу посмотреть, как из тебя сделают курицу-гриль. — хмыкнул Думов и добавил в сторону. — Она как раз злющая, как фурия с утра.