Читаем Хранители хаоса полностью

Магистр тяжело вздохнул и чуть нахмурился. Ему захотелось сесть на что-нибудь твердое, ощутить под собой опору и хоть ненадолго почувствовать себя в безопасности. Ноги его лишились сил, да и в руках чувствовалась слабость. Да что тут, он страстно желал вернуться обратно к себе в башню и забыть обо всем на свете. Если бы магия могла повернуть время вспять. Если бы…

— Допустим, это так, — с неохотой согласился маг. — И что с того?

Капитан прищурился и внимательно поглядел на магистра. В глазах блестела тревога, пока еще сдерживаемая, но уже подающая надежды на то, что очень скоро она может перерасти в глубокое отчаяние.

— Он говорил много. Кое-что упоминал обо мне и моих людях. О тебе тоже говорил.

— Обо мне? — У Булфадия дернулась бровь.

— Да. Сказал, что ты делаешь все правильно, но тебе не хватает силы духа.

Хранитель Барьера хмыкнул и покачал головой.

— О твоих людях тоже заикнулся. Сказал, что девчонка… как ее имя?

— Айлин.

— Да, точно. О ней он говорил больше всего. — Капитан поднял указательный палец. — Айлин… так он и сказал. В общем, она особенная. Способна на больше, чем вы думаете.

— Они все особенные. Все дефены. Поэтому они и здесь.

— Да, но она отличается от всех. У нее какой-то редкий талант. Он сказал, что говорил с ней и почувствовал сильное свечение ее души. В общем, что-то в этом роде. Я человек простой, в ваших фокусах не смыслю, поэтому говорю, как сам это понял.

Магистр молчал, обдумывая услышанное. С чего бы призрак бывшего капитана стал помогать Зигмунду? Почему не выбрал его, Булфадия, — человека, способного гораздо лучше воспринимать всякого рода магические эманации.

И тут амулет на груди тревожно завибрировал.

— Ну что опять у них стряслось?! — в сердцах воскликнул он и активировал артефакт.

— Магистр! — ворвался в уши Хранителя Барьера полный отчаянья голос Шерка. — Магистр! Вы слышите меня?

— Не ори так Шерк, а то мне кажется, что я слышу тебя безо всякой магии.

— Маги-и-истр, — протянул ученик в ужасе, и сердце Булфадия сжалось в пламенных тисках отчаянья. Растягивать слова Шерк начинал только в том случае, когда сильно волновался, а сильно волновался он, когда дело действительно того стоило.

— Говори, — сдавленно буркнул чародей.

— Магистр, я… я не понимаю, что происходит.

— Ты о чем, Шерк?

— Кристалл… кри-и-иста-а-алл…

— Не волнуйся. Возьми себя в руки. Что с кристаллом?

— Сначала ответьте мне: с вами все в порядке?

Булфадий скривился, как от боли. Конечно же, с ними было не все в порядке. Но его ученик чем-то был сильно обеспокоен, и он решил соврать:

— Разумеется, все хорошо. Йов и дефены продолжают прочесывать остров…

— Тогда поторопитесь, магистр. Потому что здесь — все плохо!

— Почему? Что там случилось? Что-то не так с кристаллом?

— С криста-а-аллом, — протянул ученик мага с мукой в голосе. — Я не понимаю, что с-с ним прои-и-исходит. Он начал мерцать. Мерцать так, как будто… как будто он умирает. Наверное, он совсем скоро пога-а-аснет.

Кровь горячей волной ударила в сердце Булфадия. Вот он, финал. Окончательный и бесповоротный. Они не справились. Барьер вот-вот рухнет, а все, что смогли сделать дефены — это пройти пару переходов внутрь острова.

— Я понял тебя, Шерк. Кристалл дает знак, что Барьер должен скоро рухнуть. Не думаю, что у нас осталось много времени, но на два-три дня мы вполне можем рассчитывать.

— Два-три дня? Но откуда вам знать, что осталось именно столько? Почему не пару часов или всего несколько ми-и-инут?

«Потому что иначе мы точно проиграем», — подумал Булфадий, но вслух сказал: — Не беспокойся. Продолжай и дальше следить за кристаллом. Если заметишь еще что-то странное, то сразу свяжись со мной.

— Хорошо, магистр. — Голос Шерка стал чуть спокойнее.

Амулет перестал вибрировать.

Булфадий выдохнул и потер виски. Где-то в глубинах черепа запела свою нудную песню мигрень. Он встретился взглядом с Зигмундом. Капитан смотрел ему в глаза, не моргая и даже не шевелясь. Он тоже все понял, хотя слышал только половину разговора. Почему магистр решил, что у них осталось два-три дня? Потому что прочитал об этом в «Наследии минувшей эпохи» или потому что выдумал сам? Булфадий ответить не мог, в голове все перемешалось, но он все-таки надеялся на первое.

— И что, это все? Ничего не получилось? — наконец, решил нарушить затянувшуюся тишину капитан.

— Не знаю, — покачал головой Хранитель Барьера. — Вся надежда на Йова и остальных дефенов. Все зависит только от них.

Магистр отворил дверь каюты капитана и собрался уже выйти, но снова замер. Повернулся к Зигмунду и произнес:

— Через день или два мне потребуется шлюпка. Одноместная. У тебя, я думаю, найдется такая.

— Ты что, решил отравиться на остров? Один? Совсем рехнулся?

— Я не могу дальше сидеть, сложа руки. Больше не могу, — покачал головой магистр.

— Но как ты пройдешь сквозь этот гребаный барьер? Ты мне все уши прожужжал про то, что через него могут протиснуться только твои хваленые дефены, а теперь собрался туда и сам. Когда ты успел стать дефеном?