Читаем Хранитель смерти полностью

– Более сотни тел, и, возможно, им восемь тысяч лет. Это называется Уиндоверское захоронение. Но эти трупы не законсервировались. От них остались только скелеты. Честно говоря, никакого сравнения с нашей Болотной леди. Там климат жаркий, так что они разложились, даже несмотря на то, что лежали в торфе.

– Это означает, что южные болота можно исключить? – осведомился Цукер.

Фрост кивнул:

– Наша жертва слишком хорошо законсервирована. В момент ее погружения вода наверняка была холодной, четыре градуса или даже ниже. Только в этих условиях она могла сохраниться так хорошо.

– В таком случае речь надо вести о северных штатах. Или о Канаде.

– В Канаде нашему преступнику грозили бы неприятности, – заметила Джейн. – Ему пришлось бы перевозить труп через границу.

– Думаю, Аляску тоже можно исключить, – подхватил Фрост. – Там пришлось бы пересекать другую границу. Не говоря уже о долгой дороге.

– Все равно возможных мест достаточно, – проговорил Цукер. – Остается много штатов с болотистой местностью, где можно было припрятать тело.

– Фактически поиски можно сузить до омброгенных болот, – сказал Фрост.

Все присутствующие обратили на него взгляды.

– Что? – обалдел детектив Трипп.

– Болота – очень клевая вещь, – с энтузиазмом пустился в объяснения Фрост. – Чем больше о них узнаешь, тем интересней становится. Начать хотя бы с органического перегноя, погруженного в стоячую воду. Вода настолько холодная и в ней так мало кислорода, что торф просто лежит там, не разлагаясь и накапливаясь год от года, пока его толщина не достигнет полуметра. Если вода застойная, значит болото – омброгенное.

– Знание – вещь опасная, даже в небольших количествах, – сухо заметил Кроу, глянув на Триппа.

– Это вообще имеет отношение к делу? – осведомился Трипп.

Фрост вспыхнул:

– Да. И если ты послушаешь немного, возможно, что-нибудь узнаешь.

Джейн с удивлением обернулась к своему напарнику. Фрост редко раздражался, и она совершенно не ожидала, что разговор о торфяном болоте может вызвать у него такое недовольство.

– Пожалуйста, продолжайте, детектив Фрост, – попросил Цукер. – Мне интересно узнать, отчего болото становится омброгенным.

Сделав глубокий вдох, Фрост выпрямился на стуле.

– Здесь имеется в виду источник воды. Омброгенное – значит, в него не попадает вода из рек и подземных ключей. Следовательно, болото не получает дополнительно кислорода и питательных веществ. В него попадает только дождевая вода, оно застойное, а потому там повышенная кислотность. Вот эти самые черты и делают его настоящим болотом.

– Значит, это не просто топкая местность.

– Нет. В болото должна поступать только дождевая вода. Иначе оно называлось бы топью или трясиной.

– Насколько это важно?

– Только в настоящем болоте создаются условия, которые могут понадобиться для консервации тела. Мы говорим о совершенно конкретной болотистой местности.

– И это поможет нам определить территорию, на которой было законсервировано тело?

Фрост кивнул:

– На северо-востоке тысячи гектаров покрыты трясиной, однако настоящие болота занимают лишь небольшую часть этой площади. Их обнаружили в районе гор Адирондак, в Вермонте, на севере штата Мэн и на его побережье.

Детектив Трипп покачал головой:

– Я однажды ходил на охоту вглубь северного Мэна. Кроме деревьев и оленей, там ничего нет. Если у нашего парнишки есть тайничок в этих местах – ищи его свищи.

– Биолог, я имею в виду доктора Уэлш, – снова заговорил Фрост, – сказала, что, вероятно, она смогла бы сузить территорию поиска, если бы у нее было больше информации. Так что мы отправили ей несколько кусочков растительного материала, которые доктор Айлз вынула из волос убитой.

– Очень важный момент, – заметил Цукер. – Это дает дополнительные сведения для географического профиля убийцы. Знаете, как говорят специалисты по психологии преступников? «Идешь, куда знаешь, и знаешь, куда идешь». Люди обычно выбирают места, где им уютно, знакомую местность. Вероятно, наш субъект ездил в летний лагерь в горы Адирондак. А может, он охотник вроде вас, детектив Трипп, и знает все дорожки, все потайные стоянки в Мэне. Для того, что он сделал с болотной жертвой, требовалась предварительная подготовка. Как он ознакомился с этой местностью? Есть ли у него там какой-нибудь домишко? Доступен ли он в нужное время года, когда вода уже холодная, но еще не замерзла и жертву можно быстро поместить в болото?

– Нам известно о нем и кое-что другое, – сказала Джейн.

– Что же это?

– Он знал, как именно законсервировать ее. Он представлял себе необходимые условия и нужную температуру воды. Это особые знания, такая информация недоступна большинству людей.

– Если, конечно, эти люди не археологи, – заметил Цукер.

Джейн кивнула:

– Мы снова возвращаемся к этой теме, верно?

Откинувшись на спинку стула, Цукер задумчиво сощурил глаза: