Читаем Хранилище полностью

Снеговик медленно шёл к ведомой только ему цели, я же предпочёл расслабиться и висеть в состоянии покоя. Единственным, что причиняло неудобство, были жёсткие пальцы снеговика безжалостно сжимавшие моё ухо. Но ведь это и потерпеть можно, надеюсь только, что на не очень далеко идти, а то ведь я могу и без уха остаться. Кстати, самым интересным в моём способе передвижения было то, что при плавании сопротивление среды я ощущал довольно существенно, а при транспортировании снеговиком оно не чувствовалось совершенно. Ну и что это за двойственные физические законы?

Скорость у моего добровольного тяглового спутника была весьма и весьма медленной. Зато он чётко знал, куда идти, а это в окружающем тумане довольно весомый плюс. Попытки поговорить с ним ни к чему не привели – товарищ оказался никудышным собеседником. Так что мои вопросы о том, куда мы идём, зачем, к кому, как долго туда добираться; остались без ответа. Мутный всё-таки тип этот снеговик, но надо признать – неутомимый. За всё время нашего путешествия, а длилось оно уже, по моим скромным прикидам, не меньше часа, он ни разу не остановился передохнуть.

Вот вдали показалась крохотная чёрная точка. Неужели новая дверь? Надеюсь, не обратно? А вот интересно, если бы не этот снеговик, как бы я отыскал эту чёрную точку? Она же в такой дали расположена от места моего появления!

Чёрная точка медленно, но верно приближалась. Вот странно, туман не даёт даже толком мои руки рассмотреть, а эту чёрную точку я вижу с огромного расстояния. Или же эта дверь поменьше будет? Непонятно. Как же меня достали эти непонятки кругом. Ничего вокруг не выносит никакой здравой критики – сплошная белиберда. Но нет, тут снеговики живут. Хорошее место, его очень удобно рисовать художнику: абсолютно белый лист бумаги – это снеговики едят мороженое в пургу в тумане. Впрочем, предыдущий мир был почти такой же: негры грузят ночью уголь. О, да! Я знаю, каким будет следующий мир: серым: война в Крыму – всё в дыму, ни хрена не видно!

До двери мы не дошли каких-нибудь метров пять. Дверь на этот раз из текучей субстанции превратилась в серебряную, а буквы на ней наоборот были золотыми. Впрочем, содержание от этого понятнее не стало:

Синица, облако, зарплата,

Восторг, коробочка, шиши,

Охапка, лодыри, по блату,

Асфальт, скамеечка, гроши.

Грибочки, перепел, отрыжка,

Носки, рапсодия, сигнал,

Бумажка, стон, тарелка, книжка,

Который час? Девятый вал.

Манишка, часики, порука,

Гуляет по морю соха. –

Вот речь безумия – наука

И пробивает на ха-ха…

Такой же бред, как и на первой двери. Впрочем, долго осмысливать надпись мне не удалось, потому что мощный пендаль от снеговика отправил меня прямиком в дверь, которая услужливо распахнулась за мгновение до столкновения с моим лбом, за что я ей был весьма благодарен. Мелькнула мысль, что предыдущая дверь открывалась наружу…

Пролетая мимо двери, я успел почувствовать укус. Эта ручка имела морду крокодила, но скалилась и облизывалась не менее кровожадно, чем предыдущая драконья голова. Кстати, интересно, а почему я лечу по какому-то чёрному коридору? В прошлый раз переход был мгновенным! Дверь же тем временем начала закрываться обратно. И с этой стороны она была золотой, а ручка имела вид головы дракона! Это что же, я опять во тьму попал? Нет! Не хочу!!! Я принялся грести изо всех сил обратно. Течение сопротивлялось довольно вяло, я же рвался обратно на контур пока ещё приоткрытой двери, но она явно хотела оставить меня в темноте. Отчего-то меня мучило чувство, что нельзя этого допустить, ни в коем случае нельзя. Я плыл, махал, руками и ногами как очумелый, рвал свои жилы, кряхтел, сопел и матерился, но в последний момент успел вставить пальцы между дверью и косяком и рвануть её на себя. С каким же облегчением я вывалился обратно в белёсый мир тумана. Мир? Почему мир? Это что, параллельные миры? А чёрт его знает, но пусть будет мир! Не до этого сейчас, ко мне несётся на всех парах почему-то жутко злой снеговик. Это видно по его злобному оскалу и разъярённым глазам, которые стали занимать чуть ли не половину лица, но при этом из круглых стали какими-то злобно скошенными каплями. Кроме того, голова его стала покрываться коростой льда – это явно не тот снежный добряк, что меня тащил сюда за ухо.

И куда от него бежать? Что делать-то? А что если…