Читаем Хранилище полностью

– Клянусь Хаосом и кровью, что никогда не заставлю тебя что-либо охранять и никогда не одену на тебя цепи!

– Клятва хаосом должна подтверждаться его же печатью, – раздался сбоку голос Лица, – У тебя есть?

Печать? Какая печать? Точно, у меня же есть печать хаоса, как я мог забыть!

Внимание! Вы запустили заклинание «Печать Хаоса»!

Внимание! Вы являетесь сторонником фракции хаоса, заклинание изменено на «Отметка Хаоса».

Внимание! Вы владеете дополнительным классом «Видящий доброту хаоса», заклинание изменено и усилено на «Видение Хаоса».

Внимание! Вы отмечены кровью, заклинание изменено и усилено на «Кровавое видение Хаоса».

Внимание! Вы обладаете титулом истинного пэра Хаоса, заклинание изменено и усилено на «Кровавое видение истинного Хаоса».

Пасти цербера разомкнулись, чтобы отпустить мага, но тут заклинание начало действовать и чудовищный крик раздался из горла Силестрия:

– Не-е-ет! – этому крику вторил жалобно испуганный вой всех трёх глоток цербера, в котором я явственно услышал крик: «Что это? Что ты сделал?».

Хотел бы и я знать ответы на эти вопросы. Перед нами творилось что-то жуткое и непонятное. Тела цербера и мага переплетались в единый клубок в коконе, заключившем их в единое целое. Они там бултыхались словно в каком-то чудовищном миксере. Их перекручивало, дёргало и перемешивало. Внезапно я почувствовал, что меня начало туда тянуть. Но единым рывком, меня отбросило куда подальше. Это лицо, спасибо ему. Вот и он уже рядом. Мы совсем рядом с дверью. Держимся за какую-то железную скобу, незнамо зачем приколоченную рядом с дверью. В кокон потихоньку стягивались ближайшие предметы. В коконе порой мелькали искажённые гримасой ужаса лицо мага и морды собаки. К счастью, звуки из кокона наружу не просачивались. Хотя от этого становилось ещё страшнее. Что же я такое сотворил? В кокон уже совсем не медленно, а довольно шустро передвигалось всё, что не было приколочено. Мебель, книги, какие-то склянки, закопчённая нога какого-то огромного зверя. Откуда она здесь? Маг пробавляется охотой или просто горазд покушать? Господи, о чём я думаю? Внезапно из меня начала утекать мана. Из башни же летели предметы из других помещений. Мы с Лицом уже лежали, держась за скобу, в кокон тянуло всё сильнее. В кокон заползла цепь, на которой сидел Филя, и натянулась так, что лопнула. Оторванный кусок быстро втянулся в кокон.

– Давай наружу, пока нас туда же не затянуло! – обернувшись, я увидел, что Лицо уже открыл дверь и вылез наружу и протягивает мне руку, чтобы я последовал его примеру.

– Я его не брошу!

– Дурак! Ты чем думал, когда запускал «печать Хаоса»? Во время битвы таких противников, сошедшихся не на жизнь, а на смерть! Да ещё к тому же таких разных: инфернальной твари и человека?

– Ты же сам сказал!

– Ты больной? Я ничего не говорил!

Рядом раздался такой знакомый и весёлый смех Хаоса. Появившаяся на мгновение в воздухе улыбка до боли мне напомнила одно божество! Причём, судя по всему, увидел эту улыбку не только я один потому что выругались мы с эльфом одновременно.

– Вот …!

А вот дальше у нас пошли различия. Я мог только смотреть на происходящее, Лицо же был подчёркнуто деловит:

– Ладно, давай выбираться! – прокричал он мне, вылезая из каким-то неведомым образом открытой наружу двери. Как он это сделал при такой огромной силе всасывания кокона, для меня оставалось загадкой.

– Ну чего разлёгся? Двигайся, если сдохнуть не хочешь!

Мне ничего не оставалось, как последовать крику Лица. Схватив меня за руку, он вытащил меня наружу и захлопнул дверь. Снаружи всё было как обычно, словно внутри этой башни и не происходило совершенно ничего необычного. Вот только доносящиеся из-за двери звуки выдавали, что внутри что-то происходит. Там что-то скрежетало, бумкало, свистело, рокотало, шумело, пыхтело… В общем, здание вызывало вполне законное опасение. Во всяком случае, мне хотелось оказаться от него где-нибудь подальше.

– Что, Силестрий опять не в духе? – поинтересовался старший подошедшего отряда стражи. Прочие стражники глядели на нас без особого интереса, скорее с лёгким налётом лени, словно усталого человека насильно опять заставляют работать.

– Да, есть немного, – отмахнулся Лицо, словно ничего особенного в башне сейчас не происходило, при этом кинув на меня многозначительный взгляд. Я попытался сделать такой же беспечный вид как у него, но судя по выражению лица старшего стражника, а также по тому, что один из них покачал головой из стороны в сторону, мне это не особо удалось. Да и сидя на мостовой я, должно быть, не был так убедителен, как уверенно стоящий на своих двоих Лицо.