Читаем Хозяин Вселенной полностью

Я переплела наши пальцы, словно от крепости хватки зависела моя жизнь, и начала двигаться вверх и вниз, о Боже ж ты мой. Его глаза дико горели в предвкушении, дыхание стало обрывистым, под стать моему, и он начал поднимать свои бедра навстречу мне, так что теперь я подпрыгивала. И вот мы подхватываем ритм, вверх, вниз, вверх и вниз, быстрее и быстрее, и мне было так… хорошо. И между моими отчаянными вздохами, глубоко внутри, все наполняется до краев, неистовые ощущения посылают свои импульсы сквозь мое тело, это нарастает, быстро, я смотрю на него, мы не отрываем глаз друг от друга. И в его глазах я увидела удивление, удивление, причиной которого была я. Бог ты мой, это я трахаю его. Я за главного. Он - мой. А я - его. И от этой мысли, такой реальной, я приблизилась к самому краю и кончила, сжимаясь вокруг него, выкрикивая что-то бессвязное, а он схватил мои бедра и, закрыв глаза, тихо кончил. Я в измождении упала ему на грудь, и провалилась куда-то между реальностью и сказкой, туда, где не было никаких легких и строгих ограничений.


Я переплела наши пальцы, словно от крепости хватки зависела моя жизнь, и начала двигаться вверх и вниз...

Глава 32.

Потихоньку я стала возвращаться к реальности, и - о Боже! – какая же это была реальность! Я словно плыла по волнам, руки и ноги обмякли и устали, до смерти усталая я лежала на нём, моя голова на его груди, и он пах просто божественно: свежестью, постиранным бельем и каким-то дорогим гелем для душа, и самым лучшим, самым соблазнительным запахом на свете – Эдвардом. Мне не хотелось двигаться, хотелось только бесконечно вдыхать этот аромат. Я уткнулась в него носом и мечтала только об одном – чтобы на нем не было футболки, которая сейчас так мешала. Когда я окончательно пришла в себя, я протянула руку к его груди. Это был первый раз, когда я дотрагивалась до него здесь. Он был крепким и сильным.

Его рука резко взметнулась вверх и перехватила мою, но он тут же смягчил захват и поднес мою руку к губам и нежно поцеловал костяшки пальцев. Затем он перевернул нас и пристально посмотрел на меня сверху вниз.

«Не надо» - пробормотал он и легко поцеловал меня.

«Почему тебе не нравится, когда к тебе прикасаются?» - прошептала я, смотря в его теплые зеленые глаза.

«Потому что я такой вот придурок с заморочками, которому по полной досталось в этой жизни, Изабелла».1

Ох, его честность полностью обезоруживала. Я моргнула.

«У меня было очень жёсткое знакомство с жизнью. Я не хочу грузить тебя всеми подробностями. Просто… не надо» - он провел своим носом вдоль моего, а затем вышел из меня и сел.

«Думаю, почти все основные действия мы попробовали. Ну, и как тебе?» - он выглядел очень довольным собой и говорил по-деловому. Как будто он поставил еще одну галочку в списке… А я все ёщё была под впечатлением от его комментария про знакомство с жизнью… Он просто сбил меня с толку – мне ужасно хотелось узнать побольше об этом. Но он не собирался ничего рассказывать. Я наклонила голову набок, как любил делать он, и приложила нечеловеческие усилия, чтобы выдавить из себя улыбку.

«Если ты думаешь, будто я поверю, что ты позволил мне контролировать процесс, то ты принимаешь меня за дурочку» - я робко улыбнулась ему – «Но спасибо за иллюзию»

«Ох, мисс Свон, я смотрю, ты можешь похвастаться не только милым личиком. Итак, ты испытала уже шесть оргазмов за такое короткое время… Хммм… И все их ты испытала благодаря мне» - похвастался он игриво.

Я покраснела и заморгала одновременно, а он пристально посмотрел на меня и нахмурил брови.

«Ты ничего не хочешь мне рассказать?» - строгим голосом спросил он.

Я нахмурилась. Вот черт!

«Ну, мне приснился сегодня утром сон…»

«О чем?» - его взгляд пристально следил за мной.

Черт возьми! И что мне за это будет?

«Я кончила во сне» - я закрыла рукой глаза.

Он молчал. Раздвинув пальцы, я посмотрела сквозь них на его довольное лицо.

«Во сне?»

«Я даже проснулась»

«Уверен, что так и было. Что же тебе снилось?»

Вот черт! – «Ты…»

«И что я делал?»

Я снова сжала пальцы вместе, надеясь, как маленький ребенок, что если я не смогу видеть его, то и он не будет видеть меня.

«Изабелла, что я делал? Я не буду спрашивать еще раз».

«У тебя был хлыст».

Эдвард убрал мою руку с глаз – «Правда?»

«Да» - кажется, я стала багрово-красной.

«Ну, твой сон вполне может стать явью» - пробормотал он - «У меня есть несколько хлыстов»

«А плетеный из коричневой кожи?»

«Нет, но я уверен, что смогу достать и такой» - засмеялся он, и его зеленые глаза загорелись от возбуждения. Наклонившись, он быстро поцеловал меня, встал и подобрал свои боксеры. О нет, он уже уходит! Я кинула взгляд на часы – только девять сорок. Быстро встав с кровати, я подобрала свои спортивные штаны и короткий топ, после чего села обратно, скрестив ноги и продолжая наблюдать за ним. Мне не хотелось, чтобы он уходил…. Но что я могла сделать?

«Когда у тебя месячные?» - прервал он мои размышления.

Что?!

«Ненавижу эти штуки» - пожаловался он, стянул с себя презерватив, бросил его на пол и начал одевать боксеры и джинсы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Кошачья голова
Кошачья голова

Новая книга Татьяны Мастрюковой — призера литературного конкурса «Новая книга», а также победителя I сезона литературной премии в сфере электронных и аудиокниг «Электронная буква» платформы «ЛитРес» в номинации «Крупная проза».Кого мы заклинаем, приговаривая знакомое с детства «Икота, икота, перейди на Федота»? Егор никогда об этом не задумывался, пока в его старшую сестру Алину не вселилась… икота. Как вселилась? А вы спросите у дохлой кошки на помойке — ей об этом кое-что известно. Ну а сестра теперь в любой момент может стать чужой и страшной, заглянуть в твои мысли и наслать тридцать три несчастья. Как же изгнать из Алины жуткую сущность? Егор, Алина и их мама отправляются к знахарке в деревню Никоноровку. Пока Алина избавляется от икотки, Егору и баек понарасскажут, и с местной нечистью познакомят… Только успевай делать ноги. Да поменьше оглядывайся назад, а то ведь догонят!

Татьяна Олеговна Мастрюкова , Татьяна Мастрюкова

Прочее / Фантастика / Мистика / Ужасы и мистика / Подростковая литература
Вечер и утро
Вечер и утро

997 год от Рождества Христова.Темные века на континенте подходят к концу, однако в Британии на кону стоит само существование английской нации… С Запада нападают воинственные кельты Уэльса. Север снова и снова заливают кровью набеги беспощадных скандинавских викингов. Прав тот, кто силен. Меч и копье стали единственным законом. Каждый выживает как умеет.Таковы времена, в которые довелось жить героям — ищущему свое место под солнцем молодому кораблестроителю-саксу, чья семья была изгнана из дома викингами, знатной норманнской красавице, вместе с мужем готовящейся вступить в смертельно опасную схватку за богатство и власть, и образованному монаху, одержимому идеей превратить свою скромную обитель в один из главных очагов знаний и культуры в Европе.Это их история — масшатабная и захватывающая, жестокая и завораживающая.

Кен Фоллетт

Историческая проза / Прочее / Современная зарубежная литература