Ольга Дашкова
Хотя это уже не важно.
Жизнь толкает нас порой на страшные и необдуманные поступки, они не всегда удачные и порой аморальные, но главное – не потерять себя, не разучиться любить и верить в лучшее.
— Разве ты не поняла еще, что ты моя?!— Это неправильно.— Мне решать, что правильно, а что нет! Ты МОЯ, и никто не имеет права даже касаться тебя!Молчу, ледяной взгляд холодом пробирает до костей. Все, что происходит после встречи с этим мужчиной, все неправильно.Он решил разрушить мою жизнь, растоптать, лишить будущего. Но страшнее всего — он решил, что я принадлежу ему.Я кукла для него — красивая, хрупкая, доверчивая.Он монстр.Он мой отчим.
Как жить, если тебя используют всю жизнь? Когда ты просто красивая игрушка, любовница, не имеющая ничего своего, даже права выбора? Арина хочет свободы, иметь семью, которой никогда не было у девочки из детского дома. Но за побег последует жестокое наказание.У Тихона Покровского было табу на несвободных женщин, никаких интриг. Но именно из-за неё он нарушил свои правила. Надо было отпустить эту девчонку при первой встрече. Как чувствовал, с ней будут одни проблем. Но зацепила. Дерзкая, красивая, кем-то поломанная.А ещё чужая.Чужая женщина.Не его.
– Ты – что? – Я беременна. – От кого? – От вас. Долгая пауза, тяжелый взгляд, а потом громкий смех, он режет по нервам. Сдерживаю слезы, кусаю губы. Он не поверит, никогда не поверит. На что я только надеялась? – Думала, я поведусь на это? – Нет. – А на что ты рассчитывала? – теперь он кричит, вздрагиваю. – Я всегда предохраняюсь, и тот раз не был исключением. Ты сама отдалась. – Сама, но это правда: я беременна, и это ваш ребенок. Горькая обида, боль разрывает изнутри. Я так отчетливо чувствовала эти эмоции, а еще голос, слова, они убивали и втаптывали в грязь. – Ты жалкая дешевка, которая продала и предала, а теперь опустилась до лжи. Пошла вон!
– Ты не сказал своей дочери?– Что не сказал? Папа!– Я беру то, что принадлежит мне!Голос эхом прокатывается по залу и звенит в ушах.– И будет принадлежать, пока я хочу!Мужчина сжимает мою руку еще сильнее, дергает, как куклу, показывая всем, кто или что ему принадлежит.Выкрикивает слова в лицо. Страшный. Злой. Огромный.– Ты теперь МОЯ!– Но… я…– Ты МОЯ собственность! Собственность Саида!А я не верю в то, что происходит.Меня уводят с собственной свадьбы, и никто ничего не делает.Это кромешный ад.Но настоящий ад …у меня был впереди.Третья книга серии "Чужие" Первая "Моя чужая женщина"Вторя "Хозяин"
Ольга Дашкова , Ольга Викторовна Дашкова
- Фух, наконец я вернусь в КИИМ! Давно же нас не было, да, Лора? А там на носу отборочные на универсиаду, новые знания и навыки, и конечно же метеориты!- Да, дорогой. Но ты не забыл про Трубецких, музыкантов и мой апгрейд?
Сириус Дрейк
Он смотрел на меня. Молча. В упор. Взгляд его жестких, черных глаз был очень… Настойчивым. И я не хотела узнавать то выражение, что клубилось на дне его зрачков. Но узнавала. Узнавала! И пугалась еще больше. Лифт шел вниз, отчего-то крайне медленно, до жути медленно, я жалась в угол, не смея отвести глаз от его жесткого непроницаемого лица, Паша Носорог задумчиво оглаживал мою замершую в испуге фигуру внимательным взглядом, словно решая, что делать со мной дальше. И, кажется, вариантов у него был вагон с прицепом… "У носорога слабое зрение, но при его габаритах — это уже не его проблема" В тексте есть: служебный роман, очень откровенно, властный босс, принуждение18+
Мария Зайцева
Чёрт! Поверить не могу, что я так нелепо сдох! Что же случилось? В моей памяти не нашлось ничего, что могло бы объяснить мою смерть. Благо, судьба подарила мне второй шанс в теле юного барона. Я должен снова получить свою силу и вернуться назад! Вот только есть одна небольшая проблемка… Как это сделать? Если я самый слабый ученик в интернате для одарённых детей?!
Андрей Боярский