- Голяк! Возьму ещё восточнее, - ответил, приглушенный динамиками, Борис и, обращаясь уже к Джелине, добавил. - Золотце, удали там у себя мою трещину.

- Уже сделала, - ответила Стейн, прикусив нижнюю губу. Освоив к этому времени в совершенстве почти все бортовые приборы русских, она быстро и элегантно свернула вновь одолженный, но уже у Бориса, планшет обратно в цилиндр.

- Ты отдал ей свой?! Не могу поверить, как она уговорила тебя, после того, что сделала с кают-компанией, - негодовал Володя.

- Да ладно тебе, было же весело.

- Весело было вам, а мне…

- Бинго! У меня несколько тонн льда, – в общем канале раздался восторженный возглас Сергея, прервавший жалобное нытьё Володи, - Думаю, поиски закончены, предлагаю подогнать танк и начать погрузку. Как слышно? Приём?!

- Принято! Моя группа вернётся на борт, оставайтесь на месте! Приём, - ответил капитан.

- Ждём! Конец связи!

Игорь замыкал группу. За время высадки он ни разу не опустил винтовку и всегда был настороже, будто ждал нападения. Также он оказался любителем всевозможных инструкций, как уже успел выяснить экипаж, и уже давно утомил всех чтением устава наизусть. Но Джелина поняла его, пока наблюдала, как он вглядывается в тёмную даль. У траппа в танк она вызвала его в приватный канал, чтобы сказать:

- Знаешь, а ведь в инструкции по высадке вовсе не говорится о том, что солдаты должны только стоять и наблюдать за периметром.

- Да не говорится, - согласился боец. - Но этой миссии на брифинге дали самый важный статус. Поэтому я обязан делать все, что в моих силах, пусть и напрасно.

Джелина посмотрела на него, легонько коснулась его плеча, улыбнулась и тут же поднялась на борт. Лишь тогда Игорь немного расслабился и свернул оружие. Замыкая строй, он ещё раз просканировал визором окрестности и вернулся на «Гремучий», запирая выход. Из-за недоверия к искусственным интеллектам, технике и системам раннего обнаружения он стал хорошим солдатом, всегда делая ставку на то, что человека сложнее взломать.

Ветер усиливался. Танк перешагнул через трещину, у которой его ждала группа Сергея. В донный люк тот увидел ухмыляющегося рулевого, а через несколько секунд он выбросил длинный гофрированный шланг. Робот Мэй подхватил рукав и направил его в трещину, где пятьдесят пять зондов-паучков интенсивно крошили лёд на мелкие кусочки. Включив насос, Володя начал приём обломков, закачивая их в специальные ёмкости, расположенные по стенкам грузового отсека. Вместе с водой из трещины поднималось много пыли и камней. Поэтому, когда ёмкости оказались полны, экипаж занялся очисткой талой воды, скоротав немного времени по пути к Байконуру-23.

Приближаясь к предполагаемому месту расположения комплекса, капитан пригласил Джелину на мостик. Она тут же примчалась. На операторском месте сидел Володя, проверяя давление жидкости в гидравлике, и сделал вид, что не заметил её. Она заняла кресло второго пилота слева от капитана, пока он безуспешно вызывал Байконур:

- Это «Гремучий». Меня кто-нибудь слышит?! Приём! – закрыв очередную частоту, капитан удручённо посмотрел на Джелину. – Я попробовал все известные диапазоны. Никто не отвечает. Это секретный город и его шлюзы скрыты. Если люди всё ещё живут там, но по какой-то причине молчат, то мы вряд ли сможем найти его самостоятельно.

Джелина хотела что-то сказать, чтобы хоть как-то смягчить неопределённость ситуации, но не успела. На лобовом иллюминаторе в левой его половине она увидела, а затем и услышала огромный взрыв в предгорьях на расстоянии нескольких километров к западу. Сначала он показался обычным и довольно мощным, поскольку обрушил внушительную часть склона. Подобное можно было сравнить лишь с взрывом плазмы, но потом произошло нечто странное. Запустился обратный процесс. Пыль, поднятая в воздух ударной волной, свернулась клубком и вернулась в провал, образовавшийся от взрыва. Обломки скал собрали обратно, будто огромным пылесосом. Немедля, капитан направил танк к образовавшемуся провалу.

Байконур-23

- Нет! Вы не понимаете. Шахта лифта искривлена и завалена из-за последнего землетрясения, – возражал Павел Фёдорович, дотошный старикашка и по совместительству главный инженер комплекса Байконур, выбрав большой горизонтальный экран в центре комнаты как опору.

- Можно ли что-то сделать? – спросила Джелина, стоя слева от ворчуна.

- Всегда можно что-то сделать. Даже бездействуя и давая событиям развиваться своим чередом, мы порой поступаем лучшим образом.

- Всё же хотелось бы конкретики вместо философии, - заметил Борис, скрестив руки, стоя напротив старика.