— Мне надо посоветоваться с долиной. Если она разрешит, то копию я тебе пришлю. Нашел что-нибудь интересное?

— В долине гораздо больше лекарственных и магических трав. Я бы даже вернулся поисследовать.

— Я подумаю над этим.

— Ну да! Тебя, наверное, там совсем заждались. Только выпусти меня из долины. У меня есть телепорт в амулете. Надо твое разрешение.

Этой просьбе я обрадовалась. Одной проблемой меньше. Хоть буду чувствовать себя в безопасности.

— А вещи?

— У меня лишь небольшая сумка. Я готов. Спасибо за гостеприимство, — поклонился маг. Он был очень сдержанный. А меня, наоборот, развезло на эмоции. Я лишь проверила не увозит ли он чего запрещенного. Долина показала три травки. Ладно, пусть будет подарком. Я дала разрешение. Ясень улыбнулся и шагнул вместе со своим саквояжем. Улыбка не сочеталась с холодным выражением глаз. От его напитка вроде бы полегчало, и я пошла переживать в свою спальню. На этот раз сон внял моим просьбам и посетил меня. Я плыла в розовом облаке, пока грохот не вырвал меня из небытия. Нехотя разлепила глаза и направилась в сторону гостиной. Пришельцами оказались мои мужья и хрупкая брюнетка. Ссадины у всех троих информировали о том, что им пришлось нелегко. Глен вообще старался не опираться на левую ногу и прижимал к себе руку.

— Все целы? Получилось? — обрадовалась я.

— Все родная, теперь никуда от тебя! — Тагир шагнул ко мне на ходу сбрасывая заплечный мешок.

— Это радует! — сказала я и вдруг почувствовала, как подкосились ноги, мир пошатнулся, и я потеряла сознание. Последнее, что запомнила, как сильные руки подхватили меня.

Я плыла в серой пелене, у которой не было ни начала ни конца. Наконец-то, мне было спокойно. Не надо было сомневаться, рваться вперед, стремиться выжить. Мне ничего не хотелось. Все было не важно. Вдруг что-то кольнуло в бок, а мою руку словно начали тянуть наверх. Зачем? Оставьте меня здесь. Там боль и пустые надежды. На минуту счастья час кризиса. Я не хотела наверх, но зацепиться и опереться было не за что. Они все справятся без меня. Я уверенна, что жизнь продолжается у них и в моем мире, и в долине. Глупо думать, что нужна, важна и незаменима. В серости появилась золотая фея. Ее свечение было очень слабым, она подлетела ко мне, села на плечо и зашептала:

— Ты не права. Ты важна для многих в этом мире. Ты подарила надежду. Возвращайся.

— Я подумаю. Имею я право на отдых? — раздраженно ответила я. Парение меня вполне устраивало.

— Ты потеряешь шанс вернуться.

— Тут не так уж плохо, так что возвращайся ты.

— Это грань жизни и смерти. И Тагир сейчас собирается отправиться за тобой сюда.

— А он понимает насколько тонка грань?

— Да, он очень рискует!

— Ну уж нет! Я не для того его выхаживала, — во мне начала подниматься волна возмущения. Я глубоко вдохнула и открыла глаза. В них прыгали мурашки.

— Тагир, подожди, может у феи получится! Ты же погибнешь. — уговаривал приятеля варвар.

— Я тоже против, — сказала я.

— Яна! — мой любимый маг оказался рядом со мной мгновенно. — Что ты с собой сделала? Почему тебя нельзя оставить ненадолго?

— Она слишком слаба, и еще не до конца вернулась! — фея замаячила прямо перед его носом.

— Ясно, — сказал маг и начал целовать мою руку. Варвар сел с другой стороны кровати и начал повторять действия друга.

— Нет! — я выгнулась от боли. Я была полна серости, и она совсем не хотела покидать меня. И тут началась война! Только полем боем служила я. Белые нити от мужей сантиметр за сантиметром отвоевывали меня у серости. Это было больно и раздирало меня на кусочки. Несколько раз я теряла сознание, но золотая фея являлась ко мне даже за гранью бытия и напоминала кто я. С каждым разом ее свечение становилось все более тусклым. Когда я опять провалилась в небытие, я увидела красивейшую женщину с множеством косичек в ярких одеждах. Прическа была подозрительно знакомой.

— Сделай выбор! — приказала она. Если честно, сил на принятие решения не было. Но ее красота напомнила мне о жизни. Жизнь — это боль. Боль — это чувство. Чувство — это любовь. Любовь — это глупый упрямый брюнет. Я попробую. На этот раз я вернулась насовсем, но слабость была неимоверная. Меня держали за руки с двух сторон.

— Пить! — попросила я. Мои голову немедленно подняли, а к губам поднесли стакан с водой. Три глотка и я провалилась в сон. Он был необыкновенно долгий. Иногда я просыпалась, чтобы попить. Порой сквозь дрему чувствовала, как меня обтирают. Пушистик постоянно лизал мой нос. Я возвращалась постепенно. Каждое мое пробуждение было чуть длиннее чем предыдущее. И рядом оказывался Тагир, Глен, Ом или Джери. Похоже, они дежурили по очереди.

Возвращение

— Сколько я сплю? — смогла спросить я у единорога в одно из пробуждений.

— Восьмой день!

— Пора вставать! — прошептала я и отрубилась.

Следующий раз ознаменовался чашкой бульона и судя по сияющим глазам Ома, это был прогресс. Я попросила его принести бумаги из кабинета. Но вместо документов прибежали мужья.