Читаем Холодные Небеса полностью

Она падала. Падала беспомощной, но непобеждëнной. Она единственная нанесла красноокому монстру удар, от которого тот не мог оправиться. Роджер бессильно смотрел, как тело его любимой глухо ударилось об асфальт, и стена пламени не позволяла ему даже разделить с Райей эти последние мгновения. Абигор бросился к ней, но один из Гвардейцев снова оттеснил его назад, и тут сверху, будто с неба, послышался издевательский хохот Изекиэля.

Все, кроме Красноокого, внезапно застыли: казалось, воздух вокруг натянулся до предела сотнями нитей, которые вот-вот лопнут. Волна совершенно иной, чуждой энергии окутала площадь. Опустив голову, Роджер сжал в кулаке ангельское боевое кольцо, и его губы будто отдельно от него произнесли:

— Стигмато…

Сотни нитей разом разорвались, одновременно оглушительно и беззвучно, а Натаниэль, оказавшийся к Роджеру ближе всех, замер с открытым ртом. Серебряный металл кольца стремительно чернел, будто поглощая весь накопленный свет и превращая его в непроглядную тьму, а на тонкой кромке, одно за другим, выросли восемь стреловидных лезвий. Когда парень поднял голову, кроме искажëнного яростью лица, кое-что ещё заставило ангела похолодеть: глаза его ученика стали полностью чëрными.

Почувствовав всеобщее замешательство, Изекиэль взглянул на Роджера и, указав на него лезвием топора, спросил:

— Я так понимаю, ты тоже хочешь развлечь меня? Ну же, давай: сегодня я намерен полностью очистить этот городишко от всякой дряни.

Внезапно парень оторвался от земли и мгновенно оказался прямо перед ангелом. Взгляды чëрных и красных глаз пересеклись, как лезвия мечей.

— Тогда первым делом надо избавить город от тебя.

— И кто же сможет это сделать?

Не дожидаясь ответа, ангел нанëс удар топором, собираясь снести наглому человеку голову с плеч, но тот спокойно поднял руку с кольцом… И оружие Изекиэля с оглушительным грохотом разлетелось на осколки. Не успев осознать, что произошло, Красноокий получил удар в челюсть, подбросивший его в воздух. Однако вместо того, чтобы упасть, он завис у всех на виду, беспомощно дëргаясь, будто застрял в невидимой паутине.

Отлетев от своего врага на десяток метров, Роджер размахнулся и с воплем метнул в него кольцо. Абигор, услышав это, вздрогнул, ведь в этот крик была вложена их общая боль, скорбь и жажда мести. А боевое кольцо уже мчалось к цели. Восемь чëрных лезвий, вращаясь, сплелись в сплошной антрацитовый диск, ударивший ангела в грудь. И тут раздался ещё один крик. Брызнула серая кровь, и все, кто это видел, ахнули: тело Красноокого пересекала ужасная тлеющая рана. А кольцо тем временем само легло на обратный курс, вернувшись к Роджеру в руку, и тот снова отправил его в полëт. С каждым новым вскриком и стоном боли он всë больше и больше ненавидел Изекиэля, и когда тело ангела превратилось в жалкие обрывки плоти, он приблизился и, схватив того за волосы, заставил его поднять голову.

— Ну, и что ты теперь скажешь, тварь?

— Т-то же… Что и раньше… — сплëвывая собственную кровь, прохрипел Красноокий, — ты просто… Ничтожество… Вы все… Грязные убогие животные у н-нас… под ногами… Там вы останетесь и сдох… сдохнете. Viva… La Guerra…

— Гори в аду. Ты и твой хозяин.

И, смерив ангела полным презрения взглядом, Роджер сорвал с его глаз серый визор, отшвырнул его и одним ударом рассëк Изекиэлю горло.

Он спускался на землю, сопровождаемый гробовым молчанием, и тишину нарушали только стоны раненных и умирающих. Подойдя к Абигору, Роджер стëр с лица серую кровь и, взглянув демону в глаза, сказал:

— Теперь всë кончено.

И для каждого это было по-своему верно. Кончилась кровавая битва за Смиттаун, кончилась чья-то жизнь, кончилась эпоха страха перед Гвардией Михаэля… Но впереди маячила ещё большая тьма.

Ариэль в очередной раз провëл рукой по воротнику костюма и стряхнул с головы упавший листок. Его друг явно задерживался, а ангелу нужно было спешить. Чтобы скоротать время, он ещё раз перебрал в голове всë, что собирался сказать, и только дошëл до ключевых аргументов в случае спора, как вдруг…

— Скучаете, юноша? Позвольте составить Вам компанию, — высокий тощий парень в тëмно-сером костюме бесцеремонно плюхнулся рядом, закинув ногу на ногу и задев туфлей штанину Ариэля.

— Опаздываешь, Хау, — буркнул ангел, наклоняясь и вытирая грязный след.

— Извини, меня крепко держали дела, — невинно улыбнулся собеседник и достал из сумки на плече завëрнутый в плëнку сэндвич, — тем не менее, я здесь и внимательно тебя слушаю.

— У меня есть предположение или скорее подозрение, которым я сперва хочу поделиться с тобой.

— Угу, — пробормотал Хау, набивая рот хлебом.

— Что ты слышал о Пепельной Семëрке? — ангел решил перейти к делу и задал вопрос прямо.

Воцарилось молчание, и Хау поднял руку, как бы показывая, что ответит, когда прожуëт кусок. Однако от внимания Ариэля не укрылось и то, что его собеседник старался жевать как можно медленнее…