Читаем Хохот степей полностью

— Я сама, — не успев толком осознать сказанное, уже возразила я. Ощущение, что все куда серьезнее и основательнее, чем я понимаю, не покидало. Где-то в глубине сознания все же мелькала мысль, что купание — это не просто купание. Да и Эргет мне совсем не брат.

— Глубоко, — фыркнул кочевник, пробегая пальцами от плеча к шее, заставляя ежиться совсем не от холода, — не справишься сама.

— Но… — что именно заставляло протестовать — я бы и сама не ответила, но что-то внутри, какая-то кошачья, а может и лисья, часть души заставляла «вилять хвостом», хотя мне определенно, нравились касания этого мужчины.

Не слушая моего протеста, Эргет вдруг оказался рядом вплотную, обнимая меня практически со спины. Его жесткое, горячее тело вызвала вспышку, куда сильнее, чем удар молнии, заставив все меня всю подобраться и словно вытянуться вверх. Большая шершавая ладонь обернулась вокруг талии, другая рука держалась за неровный край каменной чаши, перекрывая мне путь к отступлению и в ту сторону.

— Ты стала очень непослушной, МенгеУнэг, — тихо, с усмешкой в голосе, прошептал колдун куда-то в шею, щекоча чувствительную кожу. — Гордая стала, дерзкая. Настоящая невеста илбэчина.

Кроме смешинок, мне послышалось какое-то удовлетворение, словно это все не просто забавляло колдуна, но и очень радовало. Мазолистая ладонь скользнула от талии выше, по ребрам, заставляя сильнее вытягивать спину, то ли убегая, то ли наоборот, подставляя под ласку больше кожи.

А пальцы, все не останавливаясь, скользили выше, пока не поймали левую грудь, легко сжав. С губ сорвался тихий вздох. Пытаясь ускользнуть от таких ярких ощущений, я только сильнее прижалась к груди Эргета, чувствуя, как объятия становятся крепче, как каменеют мышца илбэчина.

Почувствовав, что каменеют они везде, я вдруг замерла, слегка испугавшись. Прошлый опыт заставил резко тряхнуть плечами и дернуться в сторону.

— Осторожно, там глубоко, — хриплым, низким голосом, предупредил колдун, в последний момент ухватив меня за локоть. Убедившись, что я держусь за ближайший камень, Эргет добавил: — Волосы, все же, нужно вымыть.

Молча кивнув, я отклонила голову назад, успокаиваясь и позволяя колдуну мне помочь. Вот только глаз я не открывала, испытывая стыд и неловкость. За саму себя.

Мыла ни у одного из нас не было, так что пришлось взять горсть светлого, мелкого песка, чтобы хоть как-то почистить кожу головы. Быстро прополоскав мои серебристые, ставшие местами белыми из-за летнего солнца, пряди, смыв все песчинки, колдун недовольно фыркнул:

— Вытереться совсем нечем. Разве что… — выбравшись из воды без предупреждения, одним сильным рывком, предоставив мне весьма интригующий и волнующий вид на упругий мужской зад, Эргет спокойно, не подозревая, что происходит со мной от одного этого зрелища, присел перед вещами, сваленными в кучу.

Не вытерпев, к тому времени я уже отвернулась, стараясь как-то уравновесить любопытство и огонь, что пылал внутри. Спустя несколько минут шуршания тканей и бряцанья замков на седельных сумках, раздались шлепающие шаги колдуна.

— МенгеУнэг, вылезай, — позвал илбэчин, остановившись, судя по звуку, в паре шагов.

— Я еще немного поплаваю, — хрипло, неуверенно отозвалась я, стараясь отвернуться туда, где так красиво и, главное, интересно, стекала по скалам вода.

— Ты сама не выберешься, тут скользко, а я не хочу опять оказаться мокрым, как только высохну, — спокойно и вполне понятно объяснил Эргет.

Вот только я не могла!

Я вся, от кончиков пальцев, до самой макушки, пылала от одной только мысли, что обнаженный колдун будет помогать выбраться из воды голой мне.

— Нам все равно нечем вытереться. Все грязное, — напомнила я совершенно очевидное.

— Есть пара портянок. Чистых. Если не побрезгуешь, можно вытереть твои волосы, — произнес Эргет волшебные слова, от чего я резко распахнула глаза, уставившись на мужчину.

Успев одним быстрым взглядом рассмотреть все, я только открывала и закрывала рот, стараясь больше не отводить взгляд от черных, смеющихся глаз. — Руки давай. И ногой упрись, когда поднимать стану.

Не пряча улыбки, произнес колдун. Поочередно отцепившись от края каменной чаши, я протянула сперва одну ладонь, а затем и вторую, уцепившись за шершавые пальцы мужчины. Колдун медленно потянул вверх, а через какое-то мгновение, после резкого рывка, я оказалась вновь прижата к твердому телу, совсем лишившись дыхания.

— Ты так реагируешь, что я не могу перестать тебя дразнить, моя Серебряная Лисица, — вдруг произнес Эргет, пробежав ладонью по спине вверх, к лопаткам а затем вниз, прижимая к себе теснее, заставляя меня дрожать. Сухие, шершавые от ветра, губы поймали мой взволнованный тихий вскрик, не давая вздохнуть.

Уцепившись за широкие плечи, за узловатые мышцы, я почувствовала как ослабели ноги, не желая больше держать.

Отстранившись, не давая мне упасть, Эргет с улыбкой покачал головой.

— Нужно надеть на тебя хоть что-то, иначе мы так и останемся голодными.

— Но я не хочу есть, — тихо, не веря самой себе, произнесла я, все еще цепляясь за крепкие плечи илбэчина.