Читаем Ходок II (СИ) полностью

Активатор был самой сложной и дорогой деталью всего проекта «Роддом». Его назначение было… нет, не так, начнем с другого конца – что такое человеческое тело? Нет, не в том смысле, что это храм духа и т.д., а в более научном и, так сказать, приземленном смысле?

Так вот, человеческое тело – это сложнейшая электро-био-химическая фабрика, или лаборатория – термины не суть важны. И активатор, запуская в нужный момент всякие хитрые процессы, не предусмотренные природой, превращал эту фабрику, или лабораторию, в очень мощную бомбу. Если кто позабыл: E=mc2, так что бомбу можно было сделать ого-го-го! 

Ну и последний этап – программирование «куклы». Снова на «мозголом» – там запускалась специальная программа, внедряющая поисковый образ, который мог быть каким угодно: время; конкретный человек; географическая точка; компактная группа людей, численность которой превышала пороговое значение – короче говоря – все что душе угодно!

 Ну, а дальше совсем просто – «куклу» доставляли в нужное место, она захватывала цель, и вперед! Последние модификации имели боевой радиус до десяти километров – ну, это в том случае, когда цель была стационарной, выслеживать людей «куклы» так и не научились, к счастью.

Шэф был далек от мысли, что кто-то протащил куклучерез дверь. Ее сделал здесь кто-то, располагающий очень непростыми технологиями создания и программирования кукол, и сделал ее именно для Шэфа, и это не был Эркель… скорее всего.

Хотя мог быть и он… если кто-то научил его делать кукол– для мага его уровня это задача сложная, очень трудоемкая без тетрархских инструментов, чипов и высокомолекулярных полимеров, но… теоретически выполнимая. В принципе, все технологические ухищрения, используемые на Тетрархе, и недоступные на Маргеланде, можно заменить магией, если знать как…

От этих размышлений Шэфа оторвал ш’Аран:

– Ш’Эф, здание окружают…

– Кто!?

– Городская стража, не меньше сотни.

– Это за мной… арестовывать пришли, ур-роды… Так… ты в броне… – остальным одеть броню! и сверху парадные плащи – пусть видят с-суки на кого пасть открыли… продержи их в прихожей пару аратов, ни в коем случае не пропускай… и, главное – не дай им дотронуться до багажа! Если что – мочим всех, потом отмажемся! А вообще попытайся запугать, и понаглее… Все! Выполнять!

*****

Металлическая волна с грохотом выбила входную дверь «Русалки» и с лязгом раскатилась по первому этажу маленькой гостиницы. Ее яростная энергия была такова, что казалось нет силы способной остановить эту железную мощь, ощетинившуюся мечами, копьями и взведенными арбалетами. Тем неожиданнее был эффект от появления на лестнице одинокой, закованной в гибкую сталь «драконьего» доспеха, фигуры, в фиолетовом плаще, украшенном золотой пчелой.

Стальная волна бушующая в холле, неумолимо грозящая захлестнуть всю крохотную гостиницу с головой, вдруг сдулась, потеряла энергию разбега и тихо расплескалась у подножия лестницы, на отдельные капли, закованных в блестящие доспехи воинов. В наступившей тишине стал слышен нестройный шорох голосов:

– …пчела!... задница небесная – это же фиолетовый… почему лейтенант не предупредил!... пчела… пчела… фиолетовый!.. пчела… пчела… справедливые… лейтенант ур-р-род… подставил гад…

Из-за солдатских спин, выбрался, судя по дорогому доспеху и яркому плюмажу на шлеме, их командир. Он откинул забрало и попытался заговорить с фиолетовым, но поняв, что из-за солдатского галдежа его никто не слышит, растеряно замолчал, вместо того, чтобы навести порядок среди подчиненных. Тут же испуганно замолчали и солдаты – за спиной фиолетового рыцаря показались еще две такие же фигуры и, в наступившей тишине, небольшой отряд, построившись клином, начал медленно, но от этого еще более зловеще, спускаться вниз.

Солдаты, словно овцы при виде волков, сбились в плотную кучу и постарались отодвинуться от спускавшихся на возможно б ольшее расстояние, образовав у двери монолитную стальную толщу. У лестницы остался один командир. Судя по его побледневшему и покрывшемуся крупными каплями пота лицу, далась ему эта неподвижность с большим трудом.

Ш’Аран, стоящий на первой ступеньке лестницы и глядящий глаза в глаза высоченному «предводителю стальной когорты», вошел в кадат, и сдвинул точку сборки в положение «Смерть». Зрелище, открывшееся при этом «предводителю», изменило цвет его лица с бледного на какой-то синюшный, а в воздухе явственно потянуло дерьмецом.

– Обосрался, – негромко, как бы про себя, констатировал ш’Аран, и тут же рявкнул так, что вздрогнул даже самый дальний солдат, прижатый спиной к входной двери и прикрытый от страшного монстра, в фиолетовом плаще, тремя рядами тел, закованных в броню: – Имя! Звание!! Какого!! Хер-р-ра!!!

– т-т-т… т-т-т-т…

– Что ты мне тут т-т-т-тыкаешь?! – сделал вид, что страшно разозлился ш’Аран, – тебе что?! – отрезать последнее висящее, чтобы ты знал как следует разговаривать с Фиолетовым Офицером Ордена Пчелы!

Видимо угроза так подействовала на «предводителя», что он сумел собрать остатки мужества в кулак и довольно внятно отрапортовать: