Читаем Ходок 10 полностью

Как только Денис узнал о готовящейся поездке рыжей в метро, это ему сразу не понравилось. Дело в том, что точную карту подземной Москвы не имеет не то что ни один человек, а даже ни одно ведомство, какими бы грозными аббревиатурами оно ни обзывалось, хоть ЧК, хоть ОГПУ, хоть КГБ, хоть ФСБ. Это говорит о том, что под Москвой (в буквальном смысле этого слова) может скрываться все, что угодно, а учитывая, что метро имеет многочисленные точки контакта с «не метро», то очень просто человек может в метро спуститься, а на поверхность не подняться и его не найдет потом никто: ни вся королевская конница, ни вся королевская рать.

Пускать эту проблему на самотек — авось ничего плохого не случится; да чего там переживать — рыжая прошла инициацию, ее теперь голыми руками не возьмешь — она сама кого хочешь возьмет! старший помощник не рискнул и предпринял некоторые меры, которые Юлька, наверняка бы не одобрила. Ее одобрение, или неодобрение, конечно же имели значение для Дениса, но не настолько большое, как соображения о ее же безопасности.

Поэтому, выйдя вчерашним утром из Юлькиной квартиры, старший помощник направил свои стопы не вниз по лестнице, как обычно, а совсем даже наоборот — горизонтально — к соседней двери, куда и позвонил. Звонить пришлось долго — никто из нормальных людей так рано, как Денис, не вставал. Наконец старший помощник почувствовал, что его разглядывают. Никаких физических проявлений этого процесса не было — дверь была бронированная, никакого шума из-за нее не доносилось, глазок в двери, по изменению цвета которого можно догадаться, что на тебя смотрят, тоже отсутствовал — его заменял глазок видеокамеры над дверью, который никак не демонстрировал свою активность, но Денис как-то почувствовал, что его рассматривают. Смотрят, но открывать, да что там открывать, даже общаться не торопятся.

В принципе, людей можно понять — ни свет, ни заря, в дом ломится какой-то малознакомый тип с непонятными намерениями — любой насторожится и уж с открытием дверей точно торопиться не станет. Андрей Анатольевич — Юлькин папаша, принадлежал к тому типу отцов, которые считают, что молодых людей, достойных его дочурки, в природе не существует. С некоторыми допущениями такая точка зрения имела право на существование — рыжей, как той обезьяне из анекдота, если бы надо было выбирать, то пришлось бы бегать из ряда в ряд — от умных к красивым и обратно.

А кроме ума и красоты, надо еще прибавить наличие у девочки силы воли и характера, так что Андрей Анатольевич был не так уж и не прав в своем заблуждении. Это он еще не знал, что Юля теперь ведьма и не самая слабая! И это хорошо, что не знал, а то бы задрал нос выше Гималаев! Не надо так же забывать и про то, что и сам папаша был непрост: богат, неглуп, да пожалуй даже, что неглуп — слабо сказано — просто умен, обретался в высших эшелонах власти, имел многочисленные полезные связи и знакомства, так что Юлька и на самом деле была лакомым кусочком — ни убавить, ни прибавить.

Поэтому-то Андрей Анатольевич и опасался всех потенциальных «женихов», подозревая их, и не без оснований, в самых разнообразных, но обязательно низменных намереньях, и только железная воля дочурки, твердо заявившей о немедленном отъезде в штаты, при малейшей попытке вмешательства в ее внутренние дела, то бишь — личную жизнь, удерживала Андрея Анатольевича в рамках приличий. Что касается данной ситуации с появлением ни свет ни заря у порога его дома дочкиного хахаля, он прекрасно понимал, что если бы этот хренов бой-френд Юльки, как его там… Денис, имел какие-либо криминальные намеренья, то пошел бы тихой сапой через незапирающуюся дверь между квартирами, а не стал трезвонить во входную, так что опасность он вряд ли представлял, а приперся явно по делу.

Что-то ему нужно от Андрея Анатольевича. А вот нужно ли Андрею Анатольевичу знать, что именно нужно от него этому типу — вопрос… Может, проще отключить звонок и пойти спать? Или все-таки выяснить, чего тип заявился в такую рань и так нагло трезвонит — еще, ни приведи Господь, разбудит Любовь Александровну! Однако, вряд ли это какой-то розыгрыш, похоже, что у парня реальные проблемы, иначе бы не заявился с петухами. Не поможешь — хахаль пострадает — Юленька расстроится — могут быть большие неприятности. Папаша промедлил еще мгновение, после чего принял окончательное решение и открыл дверь. В свете вышесказанного понятно, что взгляд которым Андрей Анатольевич наградил старшего помощника был угрюмым и подозрительным.

Денис более-менее представлял, какой коктейль чувств бурлит в душе Юлькиного папаши и совершенно справедливо полагал, что любое проявление дружелюбия с его стороны будет расценено, как заискивание и подхалимаж с целью получения каких-либо выгод для себя лично. Поэтому он безо всяких приветствий типа: «Здравствуйте!», на что вне всякого сомнения последовало бы: «Здоровее видали!», или «Доброе утро!», после чего папаша наверняка бы поднял бровь и язвительно осведомился: «Ты находишь?», совершенно неприветливо буркнул: