Читаем Ходок 10 полностью

Так что можно смело утверждать, что джинн покинул наш мир с изрядной помпой! — хоть и в темноте, но под вой сирен, мигание фар и проблески маячков тех машин, на которых они были. А так как поселок был элитный, тот таких автомобилей хватало. Конечно, не новогодний салют в Сиднее, но тоже ничего! А в довершение всего, в воздухе запахло озоном, как после хорошей грозы.

Воспользовавшись темнотой и неразберихой — режим секретности надо соблюдать хоть чучелом, хоть тушкой, — это превратилось для Дениса в категорический императив, он замел следы своей эпической битвы, достойной пары строк, а то и целого абзаца в Махабхарате, или какой иной похожей книге.

Старший помощник деактивировал шкиру, откинул капюшон и повесил на грудь Небесного Волка, убрал «Taser», подобрал и сунул в карман отстрелянный картридж, а самое главное — поднял и спрятал подальше дьявольское колечко. Сейчас оно выглядело мирным и безобидным, словно обручальное кольцо какой-нибудь учительницы младших классов, но кто его знает, чего еще от него можно ожидать. Оставлять без присмотра опасный артефакт было бы неразумно.

И надо прямо сказать — замел следы Денис своевременно, потому что буквально через несколько секунд раздался звук от заработавшего аварийного дизель-генератора и над участком снова зажегся свет. Правда был он тусклым, со штатным не сравнить, но аварийный другим и не бывает. Казалось бы — работа выполнена и можно со спокойной совестью уезжать, чтобы хоть немного нормально поспать — впереди новый день со своими заботами, а здесь больше делать нечего. Но, так только казалось. Оставалось еще одно дело, не сделав которое, покидать поместье было нельзя.

После эпического ухода джинна, народ пребывал в некоторой прострации: кто-то бродил по участку ничего не видя и натыкаясь друг на друга; кто-то сидел на траве, раскачиваясь, обхватив голову руками и тихонько подвывая; кто-то сидел по-турецки уставившись в одну точку, будто медитировал, короче — все сходили с ума по-своему, а старшему помощнику, для намеченного действа, было необходимо, чтобы все присутствовавшие во время его работы и ставшие свидетелями его, прямо скажем — неординарных действий, были в здравом уме и твердой памяти.

Ему пришлось подождать полчасика, пока все более-менее оклемаются и придут в себя. За это время старший помощник успел попить чайку и перекусить вкусными бутербродами с ветчиной и красной рыбой — во дворе было организовано что-то вроде шведского стола. Кроме Дениса аппетита ни у кого не было, так что насыщался он в гордом одиночестве. Когда, по мнению старшего помощника, все присутствующие стали адекватно воспринимать окружающий мир, он громко похлопал в ладоши и скомандовал:

— Всем подойти ко мне! — народ, разбредшийся по участку, нехотя, на заплетающихся ногах, побрел в его сторону. После пережитого, людям хотелось только одного — покоя, чтобы утихла боль в голове, резь в глазах и шум в ушах, но ослушаться приказа «черного колдуна» не посмел никто, хотя недовольный ропот и присутствовал — как же без него. Однако, нестройная толпа, собравшаяся возле него, была не совсем тем, что было нужно Денису для исполнения его плана, а если называть вещи своими именами, то — совсем не тем.

— Я попрошу вас выстроиться в одну шеренгу, — попросил он. Ропот усилился, кто-то даже начал огрызаться, но старший помощник на это никак не реагировал, он молча стоял, вперив взгляд в пространство и через некоторое время перед ним предстал неровный строй, состоящий из злых и недовольных людей. Оглядев собравшихся, Денис заговорил: — Я отдал вам два распоряжения. Первое — держаться от меня подальше. Второе — не использовать гаджеты для съемок моей работы. Оба приказа выполнены не были. — Строй недовольно зашумел и через мгновение, как выразитель общего мнения, из него выдвинулся какой-то незнакомый старшему помощнику юноша с холеным, надменным лицом.

— А кто ты такой, чтобы нам приказывать?! — запальчиво начал он. — Подумаешь, колдунишка! Устроил тут спецэффекты и туда же! Ишь раскомандовался! — толпа одобрительно загудела. Никто не любит выполнять приказы, не любит даже от непосредственного начальства, а тут какой-то мутный хрен с горы. Да и пережитый страх требовал выплеска, а тут такая удобная мишень. Всегда удобнее попенять на зеркало, чем на кривую рожу. — Да ты вообще знаешь, кто мой отец!?! — ободренный поддержкой «соратников», продолжил разоряться тип с холеным лицом. Денис молча, с каменным выражением лица выслушал эту тираду, дождался, когда оратор выдохнется, и мягко улыбнулся: