Читаем Ходок 10 полностью

Это замечание заставило и Мишу и Юру нахмуриться — пока они мерялись письками между собой, на горизонте образовался еще один соперник, которого они совершенно упустили из виду! И действительно, все время, пока продолжалось застолье, Денис никаких прав на Марину не предъявлял, держался индифферентно, а тут на тебе — и «дорогая», и «ты же знаешь, что я много ем». А откуда, интересно знать, она знает!?! Значит, между ними отношения!

Новая информация обескураживала, но сдаваться молодые люди, а в особенности Юра, не собирались. Ну что тут можно сказать? Про «поэта» сказать можно было только то, что незнание опасности рождает героев А вот Миша, хотя и принял решение из борьбы пока не выключаться, но в свете вновь открывшихся обстоятельств, был готов в любой момент врубить задний ход — ссориться с Денисом в его планы не входило. И это не было трусостью, это было мудростью.

Марина тоже была недовольна фамильярностью Дениса. Она, как любая нормальная самочка, купалась в лучах сексуальной энергии, излучаемой двумя юными самцами, жаждущими обладать ее нежным телом и готовыми биться за него рогами, как олени, и лбами, как бараны, и вот на тебе — пришел лесник и выгнал всех из леса.

Как себя вести в этой ситуации она не знала. Дать нахалу резкую отповедь, чтобы сохранить к себе интерес со стороны «излучателей»? — так можно по-настоящему поссориться с Денисом, чего она никак не желала. Заставить поревновать — ради бога, но без перегибов, а то действительно приревнует, да и пошлет подальше — мало ли что у этого «биоробота» на уме.

Прекратить флиртовать с Мишей и Юрой и лишиться энергии? Тоже нежелательно. Марина была в том нежном возрасте, когда внимание поклонников, и чем больше, тем лучше, необходимо девушке, как воздух. Оно волнует кровь, заставляет чаще биться сердце и чувствовать себя живой! А от Дениса ничего такого не дождешься — холоден, как рыба! Разве что запах умопомрачительный, а так — ничего особенного. Вспомнив про запах, она придвинулась к старшему помощнику, втянула воздух, почувствовала запах и ощутила зарождающееся возбуждение. Следствием этих разнообразных мотивов стало то, что Марина не знала, как поступить, поэтому она скромно потупила глазки и промолчала.

А Юра поступил мудро, он решил разбираться с проблемами по мере поступления. В данную минуту наступил удобный момент для контратаки — новый противник — Денис, оказался временным союзником, он сумел притормозить набравшего ход Мишу. Этим следовало воспользоваться, а как бороться с самим Денисом решим потом, когда до него дойдет очередь. И он взахлеб стал рассказывать про ролевые игры толкиенистов, в которых принимал самое живое участи в качестве эльфийского стрелка, да про пейнтбольные сражения. Этим Юра демонстрировал несомненные боевые качества, которые должны были импонировать любой представительнице прекрасного пола. И глазки Марины снова заблестели. «Поэт» торжествовал!

Но, триумф его длился недолго. Как плохой боксер, Юра открылся — стал рассказывать, с каким аппетитом поглощается после сражений любая еда, прихваченная из дома участниками — от луковиц и морковок до буженины. И тут же пропустил встречный удар от младшего Семилапого. С византийским коварством, то ли природным, то ли почерпнутым в стенах альма-матер — как ни крути, а институт международных отношений — значит пропитан духом дипломатии, сиречь — коварства, Миша мимоходом, ненавязчиво обронил:

— А я, недавно, у отца в буфете настоящие вареники с вишней попробовал. Пальчики оближешь!

— Это где твой отец работает? — заинтересовалась Марина.

Миша сделала паузу, невербально давая понять, что ему не хотелось бы об этом говорить, но так как это будет невежливо, то он вынужден ответить, как бы ни хотелось ему промолчать:

— В думе.

— Депутатом? — улыбнулась Вика, давая понять, что шутит.

— Да, — виновато кивнул Миша. Лицом он изобразил, что мол — так получилось, и что сын за отца не отвечает. На женскую часть аудитории (для мужской это не было секретом) это признание произвело эффект разорвавшейся бомбы. Примерно, как если бы на пирушке в каком-нибудь захудалом приграничном баронстве, один из присутствующих объявил, что он принц крови. А здесь так… — проездом из Жмеринки в Париж.