Читаем ХМ: За кадром (СИ) полностью

Так же, как это было несколько недель назад, когда он, запасаясь провизией, пробродил по лесу несколько дней, а вернувшись, застал городок в странном состоянии. Удивленно щурясь на выбитые окна, разбросанные по дороге вещи и распахнутые калитки, Дэрил все выше приподнимал брови, не представляя, что могло сподвигнуть этих добропорядочных горожан, которые даже плевали и сморкались по известному только им этикету, на подобный беспорядок. Проходя мимо городской площади, он заметил несколько человек, слоняющихся там на солнцепеке и явно мающихся жестоким похмельем. «Какой праздник я пропустил? Кажется, гулянка была знатной!» - неодобрительно покачав головой, мужчина с любопытством заглянул во двор миссис Флитвик, которая всю жизнь, казалось, провела у окна, беспрестанно наблюдая и осуждая жизнь всех своих соседей. Скрипнула калитка, взлетела встревоженная птица, клевавшая что-то очень похожее на мертвую плоть, а из-за дома вдруг выплыла фигура старушенции в игривой розовой ночной сорочке и чепце с кружевами на голове. У Дэрила даже дыхание перехватило от подобного зрелища, а также понимания, что соседка-то тоже пьяна, вон как нетвердо на ногах держится…

- Эй, леди, тут что, проводится конкурс на самого пьяного прихожанина? Вас того… может в дом проводить? А то еще найдете приключения на свои… рюшики, – по-добрососедски предложил Дэрил, который впервые в жизни пожалел о том, что у него никогда не было фотоаппарата, чтобы сделать такой удачный компромат на сумасшедшую бабку и вывесить его где-нибудь на двери местной церквушки.

Он ступил вперед, собираясь поддержать на удивление молчаливую нынче старушенцию под локоть, и вдруг увидел ее перекошенное лицо. Мужчина и сам не успел заметить, как он оказался за калиткой, целясь в лоб совсем сбрендившей женщины, которая, совершенно не стесняясь и нисколько не боясь, шагала прямо на него нетвердой походкой, но с явными намерениями покуситься на его мужскую честь. Ну а зачем бы она еще направлялась к нему с таким голодным выражением лица, в подобном наряде, да еще и издавая рычание, которое, по ее, видимо, мнению, должно было показать всю глубину ее страсти?

- Эээ, миссис, вы это, не в моем вкусе. Стойте! Не приближайтесь или моя стрела окажется в вашем теле и это будет не та стрела, о которой вы сейчас подумали своей больной головой. Да стой ты! Черт!

Дэрил отошел еще на пару шагов, неверящим взглядом уставившись на соседку и приготовившись стрелять на самом деле: он, конечно, только сегодня ночью думал о том, что какая-нибудь женщина ему хотя бы на один вечерок сгодилась, но подобное исполнение желаний не входило в его планы. Соседка, от которой исходил нестерпимый смрад, протянула к охотнику свои скрюченные руки и его пальцы вдруг дрогнули при виде этого существа, оказавшегося так близко, а стрела с неприятным звуком застряла во лбу женщины, которая, впрочем, выглядела так, словно была мертва не менее нескольких дней.

- Твою… - выругался Дэрил, ошарашенно глядя на тело у своих ног, и понимая, что он впервые убил не какую-то там белку, прыгающую по деревьям в лесу, а целого человека.

Поколебавшись, он все же присел и вынул стрелу, обтерев ее о ночнушку старухи и стараясь не смотреть на обнажившиеся при падении участки тела. Стиснув в руке арбалет, мужчина резко оглянулся в поисках свидетелей произошедшего и, не найдя никого, решительно направился к соседнему обветшалому, сохранившему следы давнего пожара, дому. Его калитка также была открыта, как и входная дверь. Похвалив себя за то, что не успел спрятать стрелу, Дэрил поднял арбалет и бесшумно скользнул в дом, недоумевая, что же привлекло грабителей в его скромное жилище. Кроме выпивки, мяса в погребе, давно проколотой, но бережно хранимой на долгую память резиновой женщины и стопки вестернов, ничего ценного у него отродясь не бывало. Пройдя через пару пыльных помещений, он резко распахнул дверь на кухню и ошарашенно уставился на дуло пистолета перед самым своим носом. Вдруг дуло дрогнуло и опустилось, открывая широко улыбающееся лицо Мэрла.

- Дэрил! Братишка! Жив, стервец! А я так и знал, что Диксоны никогда не станут этими ходячими уродцами! - разглагольствовал он, размахивая найденной в холодильнике последней бутылкой пива, похлопывая опешившего брата по плечу, усаживая его на шатающийся табурет и сумбурно вводя в курс последних событий…