Читаем Хлеб с Маслоу полностью

Оценку, данную Гегелем историческим событиям, согласно которой они происходят сперва в виде трагедии, после чего повторяются как фарс – вполне можно отнести и к футурологическим прогнозам. Сперва они привлекают к себе весьма драматичный интерес – когда предсказывают нечто шокирующее и вызывающее сильный общественный резонанс. Но когда фактически наступившее будущее опровергает этот прогноз напрочь – их уже вспоминают исключительно как забавную шутку, как очередной курьез тщеты предсказаний. За редким исключением (укладывающимся в статистическую вероятность случайного угадывания) все долгосрочные прогнозы ожидает именно такая судьба. Причина этого в том, что практически все предсказания делаются по стандартному шаблону – столь же древнему и хорошо проверенному на "коротких дистанциях", сколь и неадекватному на длинных: из настоящего берется одна или несколько ярко выраженных тенденций, вектор которых продолжается автором предсказания столь далеко, сколь он пожелает. Общеизвестен прогноз (чаще всего приписываемый Г. Уэллсу), сделанный на заре XX века – о том, что через полвека на улицах будет невозможно проехать из-за конского навоза, ввиду имевшегося на тот момент интенсивного развития гужевого транспорта.

Однако иногда существует возможность сделать предсказание намного более вероятное в плане своего осуществления. Для этого не следует обращать внимание на институт инструментального порядка, имеющий четко ограниченный пространственно-временной и культурный контекст, а вместо этого сфокусировать внимание на тех вневременных предпосылках и причинах, которые данному институту дали ход и которые усиливаются его функционалом. Если мы для выбранного анализируемого явления найдем активную причину, связанную с ним положительной обратной связью, то сможем уверенно обрисовать будущее – не очевидный завтрашний день и не туманные сверхдальние горизонты, но гарантированную среднюю перспективу.

Кибернизация общества потребления менее чем через полвека (многим из нас суждено убедиться в справедливости этих слов) достигнет уровня, на котором проявятся следующие черты:

Проникновение электромеханических элементов в био-социальную структуру индивидуума обяжет всех без исключения следовать тренду, безжалостно оставляя за бортом цивилизации (и даже лишая средств к существованию) тех, кто захочет остаться "натуралом". Этот пункт практически выполнен – ни в одном современном обществе уже невозможно выжить без таких атрибутов как мобильный телефон, регулярный доступ к компьютеру, включенность в символьную систему технологического окружения и многих других. Естественно, мы не рассматриваем бомжей и прочий деклассированный элемент (впрочем даже для них последний пункт в основном выполняется, т.к. является жизненно важным для ориентировки в обстановке, являясь частью функции приспособления). Преобразованы в киборгов будут все без исключения. В дальнейшем эта тенденция усилится до крайней степени, не допускающей ни только исключения, но даже какие-либо значительные послабления в степени "киборгизации" каждого члена социума.

Ввиду того, что гаджеты и прочие "имплантаты" являются не изначально заданными природой, но (теоретически) могут быть приобретены любым индивидуумом в произвольной конфигурации – эмоциональность и агрессивность по результатам их сопоставления и сравнения каждым членом общества с прочими будут неизбежно нарастать. Это продолжится до тех пор, пока законодательно не будут утверждены и введены в гражданский (возможно и в уголовный) кодекс нормативные акты регулирования поведения киборгов. Самоидентификация (отождествление индивидуума) с ежедневно оперируемым искусственным инструментарием будет усугубляться и расширяться, вызывая все более ожесточенные "holy wars" на тему брендов устройств, операционных систем, моделей гаджетов, систем обслуживания, марок, протоколов и т.п.