Читаем Хлеб и снег полностью

От всего увиденного, от необыкновенной огромности простора Джулькина решительность сразу исчезла. Ему казалось, что он заметен со всех сторон, и от этого было очень неуютно. Всё-таки Джулька спустился к мосту. Ведь Лесника надо искать! По пути ему встретилось удивительное. В нескольких местах из-под снега вылезла живая чёрная земля. У неё был какой-то особенный, незнакомый и очень хороший запах.

Но вот и мост. Джулька опасливо ступил на мокрые тёмные брёвна, лапам его показалось, что они идут по полу или по крыльцу Лесникового дома. И Джулька решил что раз так — Лесник должен быть где-то рядом. Ободрённый этим, он, не раздумывая особенно, легко взбежал на гору и оказался в деревне. Пахнул ветер, и сейчас же к Джульке сбежалась целая орава запахов: дыма, скотного двора, собак. Но зато было тихо. Только иногда редкими птицами пролетали одинокие звуки — почти всегда незнакомые. Джулька стоял в нерешительности у самого входа в деревню. Раза два или три он видел, как по улице шагают куда-то незнакомцы. Здесь, наверное, было много незнакомцев. Но никто из них не обратил на Джульку внимания и даже не заметил его. Это было хорошо.

Так он стоял неизвестно сколько. Но вдруг, откуда ни возьмись, в его нос ударил запах еды. Джулька принюхался как следует. Оказывается, ему здорово хотелось есть! А еда была где-то недалеко — с каждым шагом запах усиливался. Это был хорошо знакомый запах овсянки, которую он не раз получал от Лесника… Значит, Лесник всё-таки был здесь!

Джулька пробежал уже мимо трёх заборов, а запах всё был впереди. Наконец у четвёртого забора Джулька понял — тут. Он протиснулся в дыру между двух досок — здесь, наверное, лазили кошки — и оказался на чужом дворе. Совсем медленно, переставляя лапу за лапой, он стал подбираться к дому. Пахло жильём, прошлогодним сеном, собакой — и всё это было Джульке как будто знакомо!.. Но не только потому, что похожие запахи были в их с Лесником доме, а ещё почему-то…

Вблизи дома стояла конура, похожая на Джулькину, и тут же была миска с тёплой, как почувствовал Джулька, овсяной похлёбкой. Джулька воровато огляделся — ни собаки, никого рядом не было. Так и нечего было раздумывать! Он шагнул к миске… Теперь ему стало совершенно ясно: Лесник был где-то рядом!..

Джулька успел сделать лишь несколько сладких жадных глотков, как вдруг дверь отворилась, и женщина, появившаяся на пороге, крикнула на Джульку:

— Пошёл! Пошёл вон!.. Альма, взять!

Сейчас же из-за дома вылетела огромная, как показалось Джульке, серая собака. Она в один прыжок догнала Джульку, сбила его с ног и уже готова была схватить за горло, но вдруг остановилась… Во-первых, она поняла, что перед ней просто щенок, а во-вторых… во-вторых, было ещё что-то более важное. Она как будто узнала в этом щенке кого-то…

Но кого?

А Джульке этого мгновения хватило, чтобы вскочить и пулей метнуться к забору, к прогалине в досках.

Альма в нерешительности посмотрела на свою Хозяйку.

— Ты что же это? — закричала Хозяйка. — Что же ты это? Альма!

Альма смотрела на Хозяйку и виляла хвостом. И тут вдруг Хозяйка догадалась!

— Ах ты господи! — всплеснула она руками. — Альма! Да ведь это же наша собачка, Джульбарс! Ах ты умница моя!

Альма как будто этих слов только и ждала, она бросилась догонять своего сына — ведь это был её сын Джульбарс!

Сердце у неё прыгало неспокойно и счастливо. Она долго провозилась, отворяя мордой калитку — в дыру ей было не пролезть, — и когда выскочила на улицу, Джулька был уже далеко.

Альма бежала за ним, лая громким материнским лаем. Но сына было уже не догнать!..

Джулька, Джулька! Остановись! А он слетел с горы, промчался через мост, единым духом вбежал на гору, где начинался лес, и пустился по дороге, вдоль которой опять скакали деревья, а мать всё бежала за ним.

Но чем дальше она уходила от дома, тем меньше в ней было уверенности, что это действительно её щенок. И когда Джулька, влетев на крыльцо Лесникового дома, строго, по-хозяйски залаял, мать остановилась, решив, что нет, видно, это не он. Потом опустила голову, отвернулась и побежала прочь.

И тут Джулька тоже словно что-то вспомнил. Он выскочил на дорогу, однако не побежал за незнакомой собакой, а лишь долго смотрел ей вслед, пока она не пропала за деревьями.

В этот миг и кончилось Джулькино детство. И когда назавтра Лесник вернулся домой, его встретил взрослый пёс — охотник Джульбарс.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Марь
Марь

Веками жил народ орочонов в енисейской тайге. Били зверя и птицу, рыбу ловили, оленей пасли. Изредка «спорили» с соседями – якутами, да и то не до смерти. Чаще роднились. А потом пришли высокие «светлые люди», называвшие себя русскими, и тихая таежная жизнь понемногу начала меняться. Тесные чумы сменили крепкие, просторные избы, вместо луков у орочонов теперь были меткие ружья, но главное, тайга оставалась все той же: могучей, щедрой, родной.Но вдруг в одночасье все поменялось. С неба спустились «железные птицы» – вертолеты – и высадили в тайге суровых, решительных людей, которые принялись крушить вековой дом орочонов, пробивая широкую просеку и оставляя по краям мертвые останки деревьев. И тогда испуганные, отчаявшиеся лесные жители обратились к духу-хранителю тайги с просьбой прогнать пришельцев…

Татьяна Владимировна Корсакова , Алексей Алексеевич Воронков , Татьяна Корсакова

Приключения / Исторические приключения / Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Мистика
Эгоист
Эгоист

Роман «Эгоист» (1879) явился новым словом в истории английской прозы XIX–XX веков и оказал существенное влияние на формирование жанра психологического романа у позднейших авторов — у Стивенсона, Конрада и особенно Голсуорси, который в качестве прототипа Сомса Форсайта использовал сэра Уилоби.Действие романа — «комедии для чтения» развивается в искусственной, изолированной атмосфере Паттерн-холла, куда «не проникает извне пыль житейских дрязг, где нет ни грязи, ни резких столкновений». Обыденные житейские заботы и материальные лишения не тяготеют над героями романа. Английский писатель Джордж Мередит стремился создать характеры широкого типического значения в подражание образам великого комедиографа Мольера. Так, эгоизм является главным свойством сэра Уилоби, как лицемерие Тартюфа или скупость Гарпагона.

Джордж Мередит , Ви Киланд , Роман Калугин , Элизабет Вернер , Гростин Катрина , Ариана Маркиза

Исторические любовные романы / Приключения / Проза / Классическая проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза