Читаем Хищные грозы (СИ) полностью

Большой зал, скудно освещенный несколькими факелами, еле вмещал в себя всех присутствующих, успевших изрядно захмелеть, людей. Арина не без грусти осмотрелась. Конечно, это не место для священника. Это не место для благочестивой дочери благородного охотника. Но она таковой давно не являлась. Где теперь ее место? В родовом особняке, в подобной забегаловке, или в холодной сырой могиле?

Арина чувствовала себя среди пьяных мужчин не вполне уверенно, но и не боялась ни их присутствия, ни возможности повышенного внимания к своей серой персоне. Она прекрасно понимала, вряд ли кто захочет искушать Единого бога, обижая спутницу его служителя.

Смешно оказаться под защитой именно этого бога. Смешно и печально…

Дариз прошел через весь зал, поднялся по лестнице и становился только в конце коридора возле одной из дверей. Обернулся на Арину, как то обреченно вздохнул и вошел в комнату. Арина остановилась перед чернотой за порогом. Внутри, где то сбоку послышались шорохи и загорелся тусклый свет. Арина, словно повторив за Даризом, громко вздохнула и переступила порог. Комната маленькая, мягко говоря скромная. Одна не широкая кровать, стол в углу, рядом с которым скромно стоял Дариз, держа в руках свечу, табурет и небольшой кресло у окна.

— Это все что у них было, — Дариз зажег еще несколько свечей и порывшись в своей сумке что то оттуда достал. — И ужин у нас сегодня не очень богатый, но должно быть сытно. — Он поставил на стол, рядом с кувшином, сыр и хлеб. Передвинул ближе кресло. — Вы садитесь.

Сам же он расположился на табурете и принялся молча резать на крупные куски хлеб.

Арина внимательно следила за его движениями. Показалось, что он избегает ее взгляда. То и дело грубо навязчивым движением трепал своё плечо, поправлял волосы и молчал.

— Что-то случилось? — Арина не сумела скрыть появившееся беспокойство, о чем тут же пожалела, посчитав непростительной бестактностью.

— Все хорошо, — Дариз по-прежнему смотрел на свои руки, которые теперь были заняты половиной головки сыра, — у них не было другой комнаты.

Когда они доели в полной тишине, Дариз все таки заговорил:

— Арина, расскажите, куда мы с вами отправимся дальше? Где ваш дом? — он так неожиданно обратился к Арине, что она не сразу отреагировала даже на свое имя. Да и отвыкла за последние годы отвечать.

— В Прибрежный.

Почему то отвечая, Арина посмотрела на сложенные на стеле руки, словно ее ответ не был правдой. Но ведь ее дом именно там. Это единственное место, куда она могла вернуться. Да и как она сможет добраться? Этот день показал, что грозы снова объявила на нее охоту. Арина постаралась незаметно еще раз рассмотреть одежду Дариза. Священник. Они помнится колдунов в своих рядах могут прятать. По крайней мере отец именно на это и надеялся. А не своих? Сдаст ли он ее, если узнает?

— Вас там кто то ждет? Вам есть куда возвращаться?

На этот раз Арина посмотрела прямо на собеседника. Он что, читает ее мысли?

— Надеюсь, что отец.

— У вас есть сомнения?

— Меня очень долго не было дома.

Дариз смотрел одновременно открыто, удивленно и тревожно. Арина не сводила глаз с его лица, в котором появилось что-то новое, чего она не замечала раньше, хотя усердно искала. А его глаза при свечах казались вовсе не зелеными, а цвета гречишного меда. Тёплые и глубокие.

Арина смотрела на него и какое то время не могла понять, что не так? Точно. Его длинные волосы закрывали уши и спадали на лицо, тогда как священникам положено носить короткие стрижки. Или она не все помнит?

Он тоже пристально всматривался в Арину.

— Ну что, пора укладываться. Вам предлагаю кровать, сам же я не плохо и в кресле устроюсь.

— Спасибо, но это я вам навязалась. Так что останусь в кресле сама, — и она поудобнее устроилась, поджав под себя ноги.

Арина проснулась от неожиданного скрипа где то за дверью. Она резко поднялась с кресла и, тяжело дыша, стала всматриваться в темноту.

За окном на удивление ярко светила луна, но ее света не хватало, чтобы достаточно осветить комнату. Она только дразнила, дотрагиваясь серебряными лучами до тьмы, не разгоняя ее. Около двери виднелась тень и больше ничего. Арина никогда не боялась темноты, и сейчас ее беспокоило нечто иное. Тревога, просочившаяся из зыбкого мира снов, не хотела покидать, терзая сомнениями. Ощущение беспомощности, безысходности усугубляли состояние, приводя его к границе паники. Арина пыталась себя успокоиться, уверить в том, что все только приснилось. Незачем так переживать из-за того, чего нет. Но рассуждения не помогали, паника раздувалась пугающим движением в комнате. Все воспринималось до предела враждебно.

Сердце бешено колотилось и, похоже, не собиралось успокаиваться. Его ритмичная пульсация чувствовалась даже на кончиках пальцев. Со страху губы сами зашептали удачно пришедшую на ум молитву, вернее ее начало.

Не успела Арина заговорить, около двери послышалось шевеление. Кто? Человек решивший дать о себя знать, или существо пробирается с того света забрать душу, уже дважды стоящую на пути в его владения. Буйная фантазия не давала покоя.