Читаем Хищная. Книга 2 полностью

На мгновение мне показалось, что он слегка склонился к моим волосам и вдохнул запах. Я все эти годы не меняла ни парфюм, ни средство для волос. Я по-прежнему пахну сладкой розой с примесью жасмина. Но он все равно не помнит эти ароматы, которые когда-то очень любил.

– Пойдём, – сказал он мне с улыбкой, когда отстранился, и повёл меня за матовую стеклянную дверь. – Тут сидят рядовые сотрудники, – он обвёл рукой опен спейс.

Довольно большой зал, со множеством столов и компьютерами в ряд. Вместо стены – большое окно, с которого открывается вид на другие башни «Москва-Сити» и Москву с 71 этажа. По нему снуют туда-сюда молодые люди в брюках и рубашках, девушки в платьях или же тоже в костюмах.

Мы прошли опен спейс и повернули направо.

– Тут переговорные комнаты, – он указал на несколько помещений со стеклянными стенами и дверями. За ними виднелись круглые или прямоугольные столы, доски, на которых можно что-то писать, кулеры с водой, кофе-машины, а рядом с ними небольшие белые кружки с блюдцами. В одной из таких переговорок как раз шла встреча. Три деловые женщины лет за 40 что-то бурно обсуждали с двумя мужчинами.

Мы прошли дальше.

– Тут кухня для сотрудников, – Максим завёл меня в нее.

Довольно большое пространство с красивым коричневым гарнитуром, несколькими раковинами, кулером, тремя чайниками, двумя кофе-машинами и двумя холодильниками. Столы и стулья красивого светло-коричневого цвета. Несколько человек как раз сидели завтракали и непринуждённо общались. Увидев Максима, они слегка засмущались и снизили голоса на несколько тонов.

Боятся начальника?

– Я противник жесткого рабочего дня с 9 до 6 или с 10 до 7, а также обеда в строго отведённое время. – Тихо пояснил мне Максим. – Каждый сотрудник сам выбирает удобный для него график. Завтраки, обеды и ужины в офисе тоже, кто когда сам захочет. Очень многие ребята сильно перерабатывают, поэтому время приёма пищи я так же не ограничиваю. Вообще, я сторонник гибкого графика. Мне не важно, во сколько человек пришёл на работу или ушел. Для меня главное, чтобы вся работа была сделала четко и ровно в срок, а на любой мой вопрос по тому или иному делу я мог получить ответ моментально.

Я аккуратно повернула на него голову и улыбнулась.

– А ты хороший начальник, Максим Алексеевич.

Он тихо засмеялся.

– Очень бы хотелось, чтобы это было так.

Мы вышли из кухни и пошли дальше. Перед нами предстали несколько комнат также со стеклянными стенами. За ними виднелись диванчики и столы для пинг-понга.

– Это комнаты отдыха для сотрудников. Иногда от канцелярского бюрократического языка мозг закипает, особенно под вечер. Тогда ребята могут сюда прийти и немного отдохнуть, чтобы с новыми силами вернуться к работе. Тут же некоторые сотрудники за игрой в пинг-понг обсуждают дела вместо того, чтобы идти в переговорку. В расслабленной обстановке проще найти решение сложным задачам.

– Это очень правильно. Я давно еще говорила отцу, чтобы он сделал комнаты отдыха в «Капитал-Строе».

Мы прошли дальше и перед нами показались четыре деревянные двери.

– Это кабинеты моих заместителей, – указал он на первые три.

– Кто твои замы?

– Мои однокурсники, в способностях которых я не сомневался ни разу за все время совместной учебы. А это моя приемная, – указал он на четвертую дверь и повёл меня за нее.

На нас тут же повернула голову ухоженная девушка лет тридцати пяти. Видимо, это его секретарша.

– Максим Алексеевич, – сходу начала она, – пришли документы вам на подпись. Есть несколько срочных командировок, которые вы должны завизировать.

– Чуть попозже, Катя, – сказал он ей и провёл меня через всю приемную к следующей двери, – а это мой кабинет, – обратился уже ко мне и открыл дверь.

Я прошла и искренне восхитилась. Большое помещение, метров, наверное сорок. За массивным деревянным столом и кожаным креслом окно на всю стену, за которым также открывается вид на башни и Москву. Компьютер у Максима MAC фирмы Apple. У противоположной стены два дивана стоят друг напротив друга, между ними журнальный столик. У другой стены массивный стеллаж. Я подошла к нему ближе и увидела очень много виниловых пластинок, а рядом и проигрыватель.

– Слушаешь винил? – Удивилась я.

– Да. Открыл его для себя несколько лет назад.

Я подошла к окну за столом Максима и посмотрела на открывающийся вид. Шикарно. Работать в такой обстановке, наверное, – одно удовольствие. Интересно, где Максим взял деньги на открытие собственной фирмы и аренды такого офиса? Попросил у моего отца? Или взял кредит в банке? Поинтересуюсь потом аккуратно у папы.

Я, видимо, слишком засмотрелась на пейзаж с 71 этажа, потому что очнулась, только когда почувствовала, что Максим подошёл ко мне сзади вплотную. Я резко обернулась, и мы с ним оказались лицом к лицу. Между нами, наверное, сантиметров десять, максимум пятнадцать.

– Кристина, – тихо начал он почему-то хриплым голосом, – у меня к тебе несколько вопросов. Отвечай, пожалуйста, честно.

От такой близости Максима мне стало немного не по себе. Я посмотрела ему в глаза и снова заметила, что у него расширяются зрачки.