Читаем Химера воспитания полностью

Научение чтению – есть овладение умением складывать буквы в слоги, слоги – в слова, а слова – в предложения.

Мудрые, хотя и древние, греки для обозначения никчемности человека говорили о нем: «Он не умеет ни читать, ни плавать».

Соответственно, и сегодня путь к социализации человека проходит через обязательное овладевание им первоосновами «прожиточного минимума» знаний, умений и навыков, обретение которых достигается через научение.

Если научение для человека есть «первая Ласточка», прилет которой знаменует собой приход ранней весны его жизни как существа разумного, то прилет – вслед за ней – Дятла Обучения означает начало ее расцвета.

Дятел– по словам незатейливой старинной загадки – «не дровосек, не плотник, а первый в лесу работник».

И детишек своих сызмальства обучает он своему «ремеслу».

Дятел Обучения, как и Ласточка Научения, несомненно, старше и Химеры Воспитания, да и самогó человека.

Горделиво и самонадеянно именующего себя Homo Sapiens.

Подчас не имея для этого достаточных оснований.

Сомневаетесь?

В таком случае скажите: а кто, собственно присвоил человеку столь престижный титул: «Sapiens»?

Вы правы: он сам себе и присвоил.

Без какого бы то ни было учета мнения других по поводу себя.

«Позвольте», – возмутитесь Вы, – «это каких же таких других?», – с явным недоумением в голосе спросите Вы.

«Кто, собственно, имеется в виду под словом другие?».

Да кто угодно.

Обезьяны, например.

Как сказал Генрих Гейне в своих «Путевых заметках», «обезьяны глядят на людей свысока, усматривая в них вырождение собственной расы».

Не верите?

Проверьте.

Сходúте в зоопарк.

В киевский, например.

Там, в нем, на клетке с гориллами висит табличка, на которой черным по-украински четко написано: «Не підходьте близько до клітки з горілами – вони кидаються лайном» («Не подходите близко к клетке с гориллами – они бросаются дерьмом»).

Почему?

Потому что они, гориллы, считают, что мы ни на что лучшее не заслуживаем.

В самом деле, представьте себе, что нам с ними пришлось бы поменяться местами.

Теперь уже не они бы, а мы, люди, были бы посажаны в клетки, а они – обезьяны – ходили бы по тротуарам, ели бы эскимо на палочке и показывали бы своими указательными пальцами на нас, сидящих в клетках.

Глумясь и потешаясь над нами.

И что бы тогда оставалось бы делать нам?

Правильно.

Вы догадались.

Как заметил Уинстон Черчилль, «собаки глядят на людей снизу вверх, кошки – сверху вниз, и только свиньи усматривают в людях равных себе». (см. его «Размышления и приключения» («Thoughts and Adventures», 1932).

Если капитана Франческо Скеттино угораздило потопить при полном штиле и прекрасной видимости вверенный ему под его личную ответственность круизный лайнер, то можно ли назвать это проявлением разумности Человека Разумного? (cм. ниже: фото круизного лайнера «Costa Concordia» до и после рукодельной катастрофы авторства Ф. Скеттино):

Если на учебных стрельбах ракета залетает на крышу жилого дома в городе-спутнике Киева Бровары, или же проводится сомнительный эксперимент на работающем ядерном реакторе Чернобыльской АЭС с печально известными всему миру последствиями, то это что: свидетельства триумфа человеческого Разума?

«Нет», – говорят, – «все эти и другие рукотворные катастрофы – не что иное, как проявления человеческого фактора».

Но раз так, то придется нам с Вами сделать весьма обескураживающий всех нас, горделиво и самодовольно именующих себя «homo sapiens», вывод: понятия человеческий и разумныйнесовместимы.

К счастью, до повсеместной распространенности сего вывода дело не доходит.

Ведь Разум таки предоставлен человеку.

Хотя и лишь в виде способности быть разумным.

Ведь способность эту нам, людям, необходимо постоянно развивать и усовершенствовать.

Если мы действительно хотим заслужить безоговорочного подтверждения нашей разумности.

Кто-то этим занимается, кто-то нет.

Если же этим все же заниматься, то, спрашивается: «Как?».

Отвечается: «Посредством процесса обучения».

Обучением, как и научением своих детей и детенышей занимались раньше и занимаются сегодня, говоря словами героини чеховской «Чайки», «люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси, пауки…».

И, разумеется, т. д.

И – т. п.

Не прошедшие же положенного им «курса молодого бойца» новобранцы Мира Животных, например, просто не способны в нем выжить.

Однако, если в ходе научения сии новобранцы обретают способность лишь отличать съедобное от несъедобного и опасное от неопасного, то в процессе обучения они уже овладевают определенным ремеслом.