Читаем Херувимский странник полностью

Судья души твоей есть мера кротости:Кто не блюдет ее — у Бога не в чести.

38. Бог есть ничто и все

Бог есть огонь и Дух, и свет и существо:И ни один не есть из этого всего.

39. Кто предан, тот блажен

Кто Богу предался и зрением, и слухом,Блаженным стал в миру и плоть наполнил Духом.

40. Невеста Богова

Невестой Бога стать любой душе под силу:Егда бы днесь она лишь Духови служила.

41. Вечеря Агнца[174]

У Агнца трапеза бывает ввечеру:Чтоб уж дродолжиться на Божием пиру.

42. Мария

Мария — Божий трон и скиния Его,[175]Ковчег, обитель, храм, родник и вод зерцало,Луна, звезда и холм, восход на небе алый:Что ж странного? Она — от мира не сего.

43. Любимый ученик

Кто бренный мир отверг, наскучив суетой,И свят во Господе и телом, и душой,Не умрет, не прейдет, не будучи прощен.Ты спросишь, почему? Апостол Бога он.

44. Красное и белое

Должна как роза рдеть душа от ран ХристаИ быть, как белый снег, невинна и чиста.

45. О Марии Магдалине, стоящей у Креста

Почто прильнула днесь Мария ко Кресту?Ей Иисуса зреть на Нем невмоготу.

46. О ранах Господа

Мне раны Господа — ворота в рай Небесный,Пять разных мест[176] ведут одной дорогой Крестной.И все же к Богови какой прямее путь?Сквозь нозе, руце сквозь пронзив до сердца грудь.

47. Там — по-иному все

Здесь Агнец на Кресте, там — вознесен на Трон,Здесь — тернием, а там — как Царь увенчан Он;Здесь он — смиренный раб, а там — Господь всевластный:Тишайший здесь, а там — вещатель велегласный:Здесь — слезы, тамо — смех: утешь себя, дитя,Ты облегчишь свой крест, суть Агнца обретя.

48. Крест

Из всех сокровищ Крест я для себя избрал,Ведь он для тела — плуг, а для души — причал.

49. Христова слава в мире сем

Его корона — терн, жезл — трость или копье,Престол — смертельный Крест, убранство — гвоздие:Порфира — кровь из ран, а свита — кровопийцы,Придворные Его — подонки и убийцы:Напиток — горечь, желчь, музыка — брань, хула:Се нынче Богови — и слава, и хвала![177]

50. Лобное место

Се — место лобное? Но отчего ж тогдаВ нем роза с лилией* не вянут никогда?А древо жизни, вод родник четырехструйный?[178]Все это есть в раю: по мне бы — и пускай:Но место лобное мне все равно, что рай.

* Мария и Иоанн.[179]

51. Терновая корона

Шипы, под коими Спаситель изнемог, —Се мой венец, се мой молитвенный венок:Елей на раны мне из ран его течет:Я Крест Его несу и муку пью, как мед.

52. Изобретение любви

Распяли Господа! Отдали на мученье!Да кто же на позор Его такой обрек!Чтоб в страсе быть Ему! Чтоб умереть Он мог!Здесь чуда нет, сие — любви изобретенье.

53. Его облобызай

Перейти на страницу:

Все книги серии Слово о сущем

Феноменология духа
Феноменология духа

Имя Георга Вильгельма Фридриха Гегеля для многих наших современников стало синонимом слова «философ». Ни один из его предшественников не поднимал дисциплину, веками считавшуюся «служанкой богословия», на столь высокий пьедестал. «Гегель — это вкус», — утверждал Фридрих Ницше, а русский мыслитель Владимир Соловьев, говоря о Гегеле, замечал: «Изо всех философов только для него одного философия была все». Парадоксально, но вот уже двести лет стройный монолит гегелевской философии — предмет борьбы самых разнообразных противоборствующих сторон за право присвоить ее, сделав на сей раз «служанкой идеологии» или антропологии. Особенно рьяно делили гегелевское наследство в России, где его считали «своим» и славянофилы, и западники; и красные, и белые. Но сопротивление гегелевских текстов оказалось все-таки слишком велико, и использовать наследие «сумрачного германского гения» целиком так и не удалось ни политикам, ни постмодернистам. Философия Гегеля сохранила ценность цельной системы взглядов, так и не уместившись в рамки «набора инструментов» для покорения умов и душ.«Феноменология духа» — одно из самых фундаментальных произведений в истории философской мысли и, быть может, поэтому одно из наиболее трудных для понимания.

Георг Вильгельм Фридрих Гегель

Философия / Образование и наука
Вовлечение другого
Вовлечение другого

Сборник, увидевший свет в издательстве «Зуркамп» в 1999 году, содержит новейшие и основополагающие исследования по политической теории, которые автор проводил, самостоятельно развивая свою теорию коммуникации, а также в сотрудничестве со своими единомышленниками и учениками, на академических семинарах и в открытых дискуссиях. Основная тема исследований имеет более практический, прикладной политический смысл, хотя и получает исчерпывающее теоретическое обоснование с позиций герменевтической социологии и исторической политологии. Чрезвычайно актуальная проблематика трактуется из органического контекста всех прежних теоретических изысканий Хабермаса, главной задачей научной деятельности которого всегда был поиск путей сохранения рационального начала западной цивилизации, возможностей диалога и взаимопонимания между различными и изначально несводимыми друг к другу культурно-историческими образованиями, рациональное понимание многосложного мирового политического процесса исходя из истории действующих в нем реалий и идей.

Юрген Хабермас

Философия / Образование и наука
Херувимский странник
Херувимский странник

Эта книга — первый полный перевод на русский язык религиозно-поэтических афоризмов замечательного немецкого поэта и мистика XVII в. Ангела Силезского (Ангелуса Силезиуса), написанных александрийским стихом с парными рифмами, — явление, уникальное в немецкой поэзии: игра слов, параллельные конструкции, смысловые повторы и т. д. представляют собой настоящее языкотворчество.Ангел Силезский (Йоханнес Шефлер, 1624—1677), врач по образованию, лютеранин по наследственному вероисповеданию, в 1654 г. под влиянием мистика Франкенберга перешел в католичество ив 1661 г. стал членом монашеского ордена францисканцев.Католическая, а точнее внецерковная, мистика Ангела Силезского представляет собой отход от лютеранско-евангелической ортодоксии, связанный с непосредственной обращенностью к Богу, к интуитивному познанию мира. Лейтмотивом этого поиска служит формула «Бог — во мне и я — в Боге», что, безусловно, навеяно евангелической мистикой Иоанна Богослова.Для всех интересующихся вопросами религиозной мистики и поэзии вообще знакомство с творчеством Ангела Силезского может быть полезным и в религиозном, и в поэтическом отношении.

Ангелус Силезиус

Средневековая классическая проза / Христианство

Похожие книги