Читаем КГБ в Англии полностью

«Я родился в г. Вене (Австрия) в 1904 г. Отец и мать — евреи родом из Словакии. Отец был там сельским учителем. После того как они переехали в Вену, до 1916 года он работал служащим у одного торговца. В 1916 г. он был призван рядовым в австрийскую армию, в которой прослужил до 1919 г. В 1919–20 гг. отец был старьевщиком, а потом торговал готовым платьем и бельем врассрочку с рук, т. к. магазина никакого не имел. С 1927 г. он нанимал бухгалтера. После захвата Австрии Гитлером и уже во время Шушнига он, как еврей, должен был отказаться от торговли и жить с дохода от дома, который он приобрел в 1931–32 гг. На какие средства он живет сейчас, я не знаю, т. к. несколько месяцев не имею от него известий. Приблизительно с 1910 г. вплоть до ее запрещения в 1934 г. он был членом австрийской Социал-демократической партии.

Мои отношения к родителям. Мать — дочь посыльного. С ней я всегда был в хороших отношениях. Отец был фанатичным евреем и пытался всякими принуждениями и прежде всего битьем сделать из меня себе подобного. Решающие конфликты с отцом возникли из-за моей политической деятельности, которая у него вызывала гнев и ненависть. Мать, наоборот, защищала меня и относилась к моим взглядам сочувственно. В начале 1929 года я ушел из дома и с тех пор поддерживал связь с семьей только из-за матери. На моих двух младших братьев отец оказывал еще большее давление, т. к. они зависели от него материально, он вынуждал их держаться подальше от коммунистического движения. Они тоже ненавидели его.

С 1910-го по 1915 год я посещал начальную школу, а с 1915-го по 1923 год — учился в гимназий в Вене. В первые годы, поскольку отец служил в армии, я получал стипендию, позже я за хорошую учебу был вовсе освобожден от какой-либо платы. С 1923-го по 1928 год я изучал в Венском университете физику, химию и философию, где и получил в 1928 году диплом доктора философских наук.

В 1920 г. я вступил в Свободный союз социалистических студентов — организацию студентов коммунистической и социалистической ориентации. В 1922 г. вступил в австрийский комсомол, где я беспрерывно был руководителем агитпропа, частично в районе, частично в центральном отделе агитпропа. В 1924 г. я стал членом Компартии Австрии. Вел агитпроповскую работу в районе. Позже я также работал в МОПРе и был членом ЦК австрийского МОПРа.

В период моей работы в австрийском комсомоле и австрийской Компартии меня знают следующие товарищи: Коплениг, генеральный секретарь австрийской Компартии, Фюрнберг, представитель австрийской Компартии при ИККИ, Хексман, член ЦК КПА, и его жена. Все трое сейчас находятся в Москве и проживают в гостинице «Люкс».

После окончания учебы в университете в 1928 г. я по поручению австрийской КП поехал на Спартакиаду в Москву с австрийской рабочей делегацией. После моего возвращения в Вену я около 3-х месяцев работал химиком на текстильном предприятии. В декабре 1928 г. упомянутый товарищ Коплениг и «Конрад», в то время секретарь австрийского комсомола, рекомендовали меня в подпольную организацию Коминтерна ОМС в Вене, и я был откомандирован туда австрийской КП. Мне была поручена работа, которую до меня выполнял «Конрад». Это была подпольная связистская и курьерская работа. В октябре 1931 г. из-за плохой работы некоторых сотрудников этой организации в нашем аппарате в Вене произошел провал. Материалы и объяснения причин этого провала имеются у нас в отделе.

В январе 1932 г. я был вызван в Москву. До мая того же года я находился без работы и испытывал большие трудности. Позже меня командировали с временным поручением в Грецию, Палестину и Сирию. В августе того же года я вернулся в Москву, и мне объявили, что я увольняюсь и буду работать на заводе.

Начальником ОМС в то время был Абрамов, оказавшийся впоследствии врагом народа.

Мое отношение к Абрамову. Однажды в беседе с одним из сотрудников я критически отозвался о работе Абрамова. Тот сообщил об этом Абрамову, и Абрамов заставил меня в письменной форме дать обещание никогда больше не критиковать его организацию. В Вену был послан Абрамовым один из его креатур, некий «Вилли», с которым я так же, как и некоторые другие сотрудники ОМСа… плохо ладил, т. к. он пытался внести в нашу организацию антипартийный бюрократический дух. Когда этот «Вилли» вернулся в Москву, он, по всем данным, еще больше настроил Абрамова против меня. Недавно я узнал, что этот «Вилли» еще год назад был арестован нашими органами.

Когда т. Георг Мюллер узнал, что я уволен из ОМСа, он предложил мне работать в нашем отделе. Мюллер был уже тогда сотрудником нашего отдела, и я его знал со времени его работы в венской организации. На работу к нам меня также рекомендовал т. Урдан, ныне начальник отдела в Наркомтяжпроме.