Читаем КГБ в Англии полностью

Однако обстоятельства получения еще одних показаний Гуманского о письме Зиновьева» известны прекрасно. Гуманский, будучи врагом советской системы и всячески вредя ей, после прихода Гитлера к власти резко переменил свое отношение к большевикам. Он был человеком незаурядного ума и больших способностей к разведывательной работе. Обладая немалым количеством информационных источников в Германии, Польше, Чехословакии и лимитрофах, Гуманский быстро пришел к выводу о неизбежности войны в Европе и об агрессивных намерениях гитлеровской Германии в отношении России. В 1934 году он по своей инициативе, но анонимно стал передавать в советское посольство в Праге разведывательную информацию военно-политического характера. В 1936 году он решился на установление личного контакта с советской разведкой и начал выполнять ее задания. Получаемые от него сведения оценивались в Центре весьма положительно. По прошествии полутора лет Гуманский приехал в Москву, где НКВД поселил его в гостинице и приступил к его опросу. В это время никакого давления или принуждения к нему не применялось и отношения между ним и НКВД были взаимно благожелательными.

В ходе опроса зашла речь и о «письме Зиновьева». Гуманский рассказал:

Оно было изготовлено в Риге неким Покровским, действительно талантливым человеком, работавшим на англичан с 1920 года. Английский рижский центр не входил по поводу этой задачи в связь с другими английскими центрами.

С Покровским я познакомился в 1925 году, когда он был в Берлине проездом в Гамбург, чтобы ехать в Бразилию. Для знакомства меня цригласил Орлов, и Покровский в присутствии Орлова, мужа сестры Орлова (забыл фамилию) и, кажется, Кольберга рассказал следующее:

«Мой шеф, кэптэн Блэк, предложил мне составить липовое письмо к английским коммунистам. Я его составил без бланка и подписи, не зная, какое употребление из него сделают. Дело было перед выборами в палату общин. Тотчас после выборов Блэк сообщил мне, что если бы я уехал из Европы, то он мог бы мне устроить единовременно фунтов 500 и небольшую пенсию — фунтов 15 ежемесячно в течение двух лет. Он посоветовал ехать в Бразилию. Я согласился, так как меня давно тянуло из Европы, и предложение принял. Тогда английский вице-консул в Риге сделал мне предложение продать весь мой архив за 500 ф. ст. Я продал весь старый хлам и теперь вот уезжаю. Орлову он на следующий день добавил, что Блэк также едет в Бразилию».

По другому поводу Гуманский еще раз упомянул в своих показаниях о «письме Зиновьева»: