Читаем Кем я одержим полностью

Стюарт глубоко вздохнул. У него не было никаких иллюзий по поводу исчезновения Айзира; он понимал, что не восторжествовал над этими могучими существами. Чтобы добиться этого, нужны были силы, превышающие человеческие. Но, по крайней мере, у него была отсрочка. Все космонавты, за исключением самых флегматичных, имеют перенапряжение, и в этом случае, кажется, существует интересный математический закон: перенапряжение усиливается по мере удаления от Солнца. Очень многие сходят с ума на Плутоне.

Здесь не Плутон. Но совершенно чуждое окружение, царившее на Азгарде, было почти ощутимым. Даже камни, составляющие почву планетоида, были искусственными, созданными наукой, опередившей свою эпоху на миллион лет. И Айзир…

Он неожиданно рассмеялся. Необъяснимая вера в себя, пришедшая к нему в лесах Азгарда, не уменьшилась, а окрепла со времени встречи с гигантами Айзира. Теперь он осмотрелся в колоссальном зале. Его собственная незначительность по сравнению с размерами зала его не смущала.

Есть у него хоть какая-нибудь надежда выиграть игру или нет – все равно, он покажет своим врагам за их деньги!

Шум в канаве привлек его внимание, и он подошел к краю. 12 неподвижных силуэтов по-прежнему стояли там, но между ними был еще один, которого он раньше не заметил – землянка с темными кудрявыми волосами, обрамляющими белое лицо, которое она подняла, чтобы взглянуть на него.

На таком расстоянии он мог различить только некоторые детали: на ней было облегающее платье, оставляющее открытыми руки и тонкие ноги.

– Землянин, – сказала она четко, – быстрее! Айзир скоро вернется, уходите скорее, покиньте храм до того, как они…

– Не брызгайте слюной, – ответил Стюарт, – мы на Азгарде. – Кто бы ни была эта девушка, она должна знать, что покинуть планетоид невозможно. – Если я найду веревку…

– Не найдете, – поспешила она сказать, – во всяком случае, здесь, в храме.

– Как же мне вас вытащить оттуда? Вас и других?

– Вы спятили? – спросила девушка. – Зачем это вам? – Она покачала головой. – Лучше умереть сразу же. – Стюарт прищурился и посмотрел на двенадцать силуэтов.

– Не думаю. Мы можем сражаться сообща, это лучше, чем одному. Если ваши друзья придут в себя…

– Налево от вас, – сказала девушка, – между колоннами, есть вышивка, изображающая Персея и Горгону. Дотроньтесь до каски Персея и до руки Андромеды, а затем осторожно идите туда… и помните, что там могут быть ловушки.

– А что это?

– Это ход сюда, вниз. Вы сможете нас освободить. Если вы поторопитесь… нет, это невозможно. Айзир!..

– К черту Айзира, – проворчал Стюарт, – будите остальных!

И он побежал к вышивке с Персеем. Если Айзиры его увидят, они не сделают ни одного движения…

Губы Стюарта искривились в горькой улыбке. Его безумная вера не покинула его, но он почувствовал успокаивающее тепло: по крайней мере, он не совсем теперь один. Между мирами и на опустошенных планетах, на окраинах Системы, одиночество – это тайный ужас, более страшный, чем самое ужасное чудовище, когда-либо появляющееся на радиоактивном поле Плутона.

Он коснулся двух точек вышивки, она отошла в сторону, обнаруживая лестницу, которая шла через камень или металл – он не мог оказать с уверенностью. Стюарт заглушил в себе первое побуждение спуститься бегом. Девушка предупреждала о возможной западне. Он осторожно шел, ощупывая каждую ступеньку. Сойдя вниз, он попал в сводчатую комнату, крошечную по сравнению с той, которую он только что покинул. Она была овальной, с куполообразным потолком. Весь пол, за исключением одной точки, сверкал молочным блеском.

Затем он увидел прозрачную дверь, через которую виднелась внутренность канавы. Он видел, что двенадцать персонажей, все еще неподвижных, стоят плечом к плечу, а в нескольких метрах от них, по другую сторону стеклянного панно, стояла землянка. Она смотрела на него, но ее темные глаза казались слепыми, как будто эта дверь с ее стороны была непрозрачной.

Стюарт положил руку на сложный механизм, который, как он думал, должен открыть дверь. Его твердое лицо было темным и бесстрастным, но он чувствовал в себе необычное волнение: сверху он не разглядел, как прекрасна эта девушка. А теперь он это видел.

Она не могла быть землянкой – конечно, нет. Как видно, это была одна из межпланетных метисок, удивительной, волнующей красоты. Земная кровь в ней явно была, причем преобладала, но было что-то еще: в ней сияла чистая эссенция красоты. Стюарт нигде и никогда не встречал такой прекрасной женщины: при виде ее захватывало дух.

Рука его двигалась по замку, дверь тихо открылась. Глаза девушки блеснули, она встрепенулась и бросилась в его объятия. На секунду Стюарт прижал ее к себе с большим удовольствием. А затем тихо отстранил.

– А другие…

– Бесполезно, – скачала она. – Это паралич.

Стюарт переступил порог и вошел в канаву. В то же время по его хребту пробежало неприятное ощущение. Айзиры следили за ним сверху…