Читаем Кельты полностью

Успех в поиске вотивных кладов, хранящихся в водоемах, во многом зависит от географических факторов, изменений уровня воды и промышленных разработок на торфяниках. Практика создания подводных тайников в озерах, реках или болотах-восходит к раннему неолиту в Дании, где природные условия были для этого наиболее благоприятными. В языческие времена такой практики продолжали придерживаться племена тевтонского севера, но вполне вероятно, что вотивные клады были известны повсюду в трансальпийской Европе с древнейших времен.

Жертвоприношения. Нить повествования о священных землях и вотивных кладах подводит нас к вопросу о жертвоприношениях и о тех, кто отвечал за их обрядовую сторону в кельтских сообществах.

К сожалению, невозможно в деталях восстановить порядок проведения таких церемоний, характерный для определенных праздников или для особых случаев — годин испытаний, войн, голода, эпидемий. Античные авторы изъясняются на эту тему кратко и туманно, ирландские источники ограничиваются намеками, что неудивительно: для первых жертвоприношения были обычаем слишком примитивным, для вторых — слишком жестоким и языческим, чтобы увековечить его в скрижалях истории. Известно, что в Ирландии животных приносили в жертву во время Брон Трограйна. Есть и косвенные доказательства ритуального убийства людей на праздновании Самайна: в одном сказании говорится, что в эту пору к деве из Бри Эле сватались мужчины Ирландии, и за каждого, кто добивался ее любви, погибал один из членов его рода — никто не знал, от чьей руки. Бри Эле было вторым названием Круахана, королевской резиденции Коннахта, и вполне возможно, что мужчин приносили в жертву богине природы, чтобы обеспечить ее благосклонность, — сакральный смысл этого действа связан с представлениями о короле как о смертном супруге богини. Тайное умерщвление жертв совершали хранители культа, по-видимому, с помощью оружия, что напоминает о гибели некоторых королей от ран. В древних манускриптах присутствуют и более смутные и фантастические намеки — на совершавшиеся в пору Самайна жертвоприношения детей и скота. В этом, несомненно, есть доля правды, но никаких разъяснений из текста почерпнуть нельзя.

Одно из самых важных среди сохранившихся сказаний — повествование о жертвоприношении, призванном отвратить беды, которые грозили подданным короля, соблазненного блудницей. Друиды, посовещавшись, решили, что в жертву должно принести сына добродетельной четы. Подходящего кандидата долго искали, поиски сопровождались сказочными обстоятельствами, наконец, юношу доставили в Тару, и тут, перед самой церемонией, взору участников предстала женщина из Иного мира. Она вела за собой корову, которую предложила умертвить в обмен на жизнь юноши. Это сказание имеет примечательную параллель в арийской традиции Индии, что указывает на общие культурные корни, а для изучения древних обрядов важно указание на существование общеиндоевропейского мифа, свидетельствующего о практике заклания животного вместо человека.

Та же тенденция прослеживается в сказании о битве, которая произошла в дохристианские времена. Народ, именовавшийся десии, одержал победу над обитателями королевства Оссори благодаря тому, что один из друидов добровольно позволил принести себя в жертву в облике коровы. Столь необычное жертвоприношение человека, обладавшего священным статусом в кельтском обществе, гарантировало десиям успешный исход сражения, а трагический эффект ритуала — с точки зрения современного человека — смягчен находчивостью чародея, принявшего обличье животного.

Делать вывод о том, что ирландские кельты повсеместно отказывались от человеческих жертвоприношений, было бы неверно. Возможно, заменять людей животными было принято в особых обрядовых ситуациях или у отдельных племен — ведь в некоторых сказаниях содержатся намеки на ритуальную гибель королей, и об этом забывать нельзя. В античной же литературе есть много свидетельств о человеческих жертвоприношениях в Галлии и Британии, и именно к этому вопросу настало время перейти.

Цезарь прекрасно понимал цель устраивавшихся галлами жертвоприношений — умилостивить богов, — и не видел в этом ничего удивительного, поскольку не только в Галлии, но и на всем протяжении кельтских владений продолжала существовать архаическая традиция, хорошо знакомая древним обитателям Италии и Греции, но во времена Цезаря уже вышедшая из моды на его родине. Похоже, самым распространенным способом проведения обряда было умерщвление жертвы с помощью оружияи окропление кровью ритуальных предметов, алтарей и деревьев — такой вывод можно сделать на основе свидетельств Тацита и Лукана. Практиковалось также гадание на человеческих внутренностях, но гораздо больший интерес представляют письменные сообщения о ритуальной смерти в огне, в воде и в петле.