Читаем Кекс в большом городе полностью

– Немедленно сдай вещи Стекловой на склад! Валяются прямо на полу! Там сумка! Пропадет чего, скандала не оберешься! – затопала ногами начальница. – Да не забудь опись составить, по всем правилам, на бланке! За всем самой глядеть надо! Ничего делать не хотят! Лентяйки! Курила она!

Подгоняемая злобным криком начальницы, Юля отправилась за шмотками, открыла сумку, нашла там паспорт, ключи, всякие мелочи и бумажку с записью «Виола Тараканова».

Девушка мигом сообразила: Стеклова вела речь не о прусаках, она хотела сказать, что в ее сумке имеется записка с координатами некой Таракановой. Юлечка решила позвонить по написанному на клочке телефону, но тут в реанимацию поступил еще один тяжелый больной, и медсестру приставили к нему. Занимаясь другим человеком, Юля не забывала о Луизе и, лишь только выдалась свободная минутка, звякнула мне.

– Уж и не знаю, скажет ли вам чего фраза про опару, – вздохнула она, – только думается, Стеклова хотела, чтобы вы ее услышали.

– Можно к вам приехать?

– Зачем?

– С Луизой поговорить надо!

Юля хмыкнула.

– Под наркозом она, отойдет лишь завтра, да и не пустят вас к ней. Если все нормально пойдет, отвезут ее через недельку в палату, там и пообщаетесь.

– Она будет жить?

– Кто ж вам на такой вопрос точно ответит? Делаем все возможное.

– Ей очень плохо?

– Состояние больной соответствует тяжести проведенной операции, – заученно ответила медсестра.

– Юлечка, – взмолилась я, – сделайте одолжение, попробуйте припомнить все-все, что говорила Луиза.

– Так несвязные слова!

– Ну, пожалуйста! Это очень важно.

Юля кашлянула.

– Опара… опара… скажи опара, она опара… опара в Куркино, там, где… опара… опара… Вроде так!

– Куркино?!

– Верно, район такой в Москве есть, или не слышала? Я подумала, Стеклова там живет, хотя по паспорту она в другом месте прописана, ну да частое дело, документы по одному адресу, сама по другому.

– Хорошо расслышала «Куркино»?

– Ну… да!

– А не может быть Буркино?

– В Москве Буркина нет, – безапелляционно отрезала медсестра, – а Куркино вот оно, возле Кольцевой дороги! У меня там сестра купила квартиру, очень довольна.

– Еще о чем Луиза твердила?

– Нет, нет, пошли, умрет, умрет, – озвучила Юля и добавила, – за дословность не ручаюсь, но вроде так. Ну а потом про тараканов завела. Да, еще квашню поминала. Квашня – опара…

– Юлечка, милая, меня зовут Виола Тараканова!

– Так я уж поняла.

– Но под псевдонимом «Арина Виолова» я пишу детективы.

– Вау! Я их читала!!! Во, прикол! Наши не поверят! Вы мне автограф дадите? А Луиза вам кто? – начала сыпать вопросами девушка.

– Дорогая Юлечка, объясню суть дела потом, привезу тебе полный комплект своих книжек, с автографом.

– Только напишите Юлии Роднянской, – ажитированно воскликнула медсестра, – а то у нас еще Козлова Юлька есть.

– Непременно укажу фамилию и обязательно вознагражу вас за заботу, буду очень благодарна, понимаете?

– Ясное дело. Дорого не беру, стольник за смену, пригляжу за вашей родственницей, как за родной.

– Юленька, сейчас я приехать не могу.

– А и смысла нет, Стеклова лежит на аппаратах.

– Как только она придет в себя, сразу мне звоните.

– Будьте спокойны.

– Деньги заплачу, не сомневайтесь.

– Так я и не волнуюсь, приличного человека сразу слышно по голосу.

– Скорее всего, завтра приеду.

– Нет, не моя смена, лучше в пятницу.

– Ладно. Дайте телефон больницы.

– Ой, вы нам не дозвонитесь, лучше запишите мой мобильный. Я, правда, не всегда его взять могу, на автоответчик наговорите. Записываете?

– Да, – крикнула я, – диктуйте.

Забыв про сериал и папеньку, стремительно превращающегося из никому не известного столяра в суперзвезду, я вскочила в лифт, спустилась вниз и кинулась к «Жигулям».

Луиза не вела речь о Куркине. Буркино – вот название, которое она озвучила, Юля просто плохо разобрала его, и потом, медсестра и предположить не могла, что больная толкует о небольшом подмосковном местечке. Опара! Фамилия Леры не Квашня, а Опара. Луиза откуда-то знает девушку, вот почему она пробормотала, расставаясь со мной: «Лера… Лера… Лера Квашня, отчего имя кажется знакомым».

«Квашней», или «опарой», называют тесто, Олечка просто перепутала. Может, поговорить с ней?

Я схватилась за телефон и тут же отключила его. Домашний аппарат разбит. Ладно, я правильно сейчас поняла ситуацию, нужно немедленно ехать в Буркино и искать среди обитателей барака женщину по фамилии Опара.

Пока мой верный «коняшка», сверкая роскошными вертящимися дисками, летел по трассе, в голове писательницы Виоловой царила сумятица. Если фамилия девушки Опара, то с какой стати Наташа подтвердила мне, что в бараке жила Квашня? Да еще наврала, что та являлась ее непутевой сестрой? Отчего Еремина наболтала небылиц? Села ко мне в машину?

Впрочем, на последний вопрос есть вполне простой ответ: Наташе не хотелось ехать на электричке… Внезапно на ум пришло воспоминание. Вот Еремина устраивается в машине, кладет сумочку на колени, я резко отпустила сцепление, ридикюльчик падает на пол, раскрывается, из него вываливается куча вещей: пудреница, расческа, мятные конфетки, телефонная книжка…