Читаем Казнить нельзя простить (СИ) полностью

========== Глава 1. Решение ==========

Работа полностью дописана и будет публиковаться ежедневно в течение всей недели.

Перед прочтением ещё раз внимательно взгляните на предупреждения, чтобы не возникло конфликта интересов.

Дождь на улице не прекращался уже вторые сутки, заполняя тротуары и дороги водными потоками, сквозь которые пытались прорваться автомобили и тёмные массы людей, спрятанных под зонтами. Впрочем, Гарри погода устраивала — она вполне импонировала тому холоду, который окутал его сердце и ежедневно проникал в его сны.

Юная, обнажённая, такая прекрасная в свете луны, окрашенной кровью павших на поле боя. Залитое слезами лицо и пересохшие от криков губы, умоляющие о пощаде — такой была Гермиона в ту ночь. Он знал, что творил зло, но он не мог остановиться. Должен был, но не мог.

— Гарри! Пожалуйста, не надо! Ты не в себе. Опомнись! Это же я, Гермиона!

— Конечно, это ты. Наконец-то это ты, — шептал он, стирая слёзы с запылённых покрасневших щёк. — Прости, Гермиона. Я виноват, я знаю. Прости меня, — рывок внутрь желанного тела, и полный боли женский вскрик разрывает тишину кабинета, запечатанного заклинаниями, которым когда-то она сама научила его.

Гарри резко открыл глаза и сел на кровати, озираясь по сторонам. Он вновь проснулся от крика и пытался сообразить: кричал он сам или же Гермиона из его сна? Он не знал ответа на этот вопрос, но точно знал, что в полной мере заслужил всё то, что с ним происходило: и ночные кошмары, и одиночество, и боль в сердце. Всё это кара, но он, по его мнению, заслуживал гораздо большего наказания. За то, что предал. За то, что не рассказал о своей проблеме, которая преследовала его с самого отрочества. Если бы он тогда знал, что во всём виноват крестраж, что эта тёмная дрянь жила в нём и поднимала на поверхность, как из глубин океана, всю грязь, что была в его душе, он бы жил иначе. Он бы не стыдился своих желаний, и это не привело бы к таким катастрофическим последствиям.

«Гарри, ты должен изучать окклюменцию! Это очень важно!» — прозвучал в его голове голос подруги.

Гарри потёр лицо руками, надел очки и вскочил с кровати. Конечно, Гермиона была права — он должен был изучать окклюменцию, дабы избавиться от пагубного влияния крестража, что сидел в его мозгах, но собственная тупость и уверенность в своей непогрешимости сделали своё дело. Он потерял её.

Гарри взглянул в мутное окно дома на Гриммо и взял с подоконника пачку сигарет. Спичка, искра, и вот из его рта вырываются клубы зловонного дыма. Убить себя он не может — слишком легко, а эта маггловская зараза вполне в силах сократить его жизнь на пару-тройку десятилетий. Последняя затяжка, Гарри бросил недокуренную сигарету в уже полную пепельницу и пошёл к стулу, где висела его одежда, чистая и выглаженная. Спасибо Кричеру — стоило только немного сменить отношение к нему, и дом пусть и не стал идеальным, но Гарри оказался напрочь избавлен от рутинной хозяйственной работы.

Гарри оделся, вышел на крыльцо и тут же аппарировал на окраину Лондона. Там, как и во всём городе, ничего не было видно из-за стены дождя. Но дорога была уже знакома Гарри, и он, за секунду вымокнув до нитки, подошёл к классического стиля домику, коих на этой симпатичной улице стояло шесть штук в ряд. Но если пять домов приятно поблескивали тёплым светом, льющимся из окон, то тот, на который смотрел Гарри, был тёмным и казался одиноким, забытым посреди этого праздника жизни. Его хозяева уехали отсюда больше года назад, а их единственная дочь и героиня Второй Магической войны отправилась за ними. Гарри надеялся, что она сможет восстановить память родителям и вернётся обратно в Англию. Но прошло уже три месяца, а дом так и оставался мрачным.

Гарри хотел было развернуться, но что-то остановило его. Он прошёл по вымощенной дорожке к входной двери. Тихо прозвучало отпирающее заклинание, и дверь открылась. Гарри высушил себя и снял влажные кроссовки. Пустота дома не давила, он к ней привык, но спёртый воздух был неприятен, и Гарри впустил влажный, но свежий поток с улицы, приоткрыв ближайшее окно. Дождевые капли с пола можно было убрать и позже.

Он прошёл в гостиную, обставленную в классическом английском стиле, и окинул взглядом простой диван у камина, пару кресел и картины с обычными пасторальными пейзажами. Из его палочки струился слабый дрожащий свет, как будто вторя дыханию самого волшебника. Оно тоже было прерывистым, а вскоре и совсем прервалось, когда он, взойдя по лестнице на второй этаж, открыл дверь в спальню Гермионы. Ком в горле мешал думать, Гарри мог только чувствовать душевную муку от потерянных возможностей.