Читаем Кавказские амазонки полностью

В 1539 году испанский мореходец Франциск де Орельяна поднялся впервые вверх по величайшей реке Южной Америки, которая и была первоначально названа в честь его Орельяной, но вскоре переименована в Амазонскую, так как Орельяна привез в Европу известие, что на берегах этой реки обитают воинственные женщины, владеющие луком и стрелами и обрабатывающие свои поля. Они живут, рассказывал Орельяна, совершенно отдельно от мужчин и только в определенное время посещаются мужчинами соседнего племени. Дети, рождающиеся после этих ежегодных посещений, распределяются следующим образом: девочки остаются и воспитываются у матерей, мальчики же отдаются отцам.

По словам Ерреры (Herrera — испанский историк (1565–1625), приведенные выше сведения были получены Орельяной от одного кацика при устье реки Hano[11], который сообщил также, что в стране, лежащей далее, испанцы найдут огромное количество золота.

То же самое рассказывал Орельяна, когда он подвинулся на несколько сот миль вверх по реке, и кацик Опурия, выразивший сомнение в том, чтобы испанцы, число которых было очень незначительно, могли посетить воинственных женщин. И действительно, когда они, проплыв несколько миль далее, хотели высадиться на берег, то индейцы встретили их градом стрел. Между индейцами испанцы заметили 10–12 женщин, которые не только сами защищались с величайшей яростью, но побуждали к тому же и мужчин, угрожая убить всякого, кто осмелился бы бежать под влиянием страха. Эти женщины, рассказывает Орельяна, были высокого роста и крепкого сложения, с приятными чертами лица; их длинные косы были обернуты около головы; они не имели никакой одежды, а только оружие, состоявшее из дубинки, лука и стрел. Битва была очень упорна, и только после того, как 7 женщин были убиты, индейцы обратились в бегство.

Известия, подобные приведенным выше, были почти в то же время принесены в Европу также и из испанских владений к югу от Амазонской реки. В 1541 году испанский губернатор Парагвая Альфонс Нуньес Кабесо де Вега (Kabezo de Vega) отправился вверх по реке Парагвай с целью проникнуть в Перу — в золотую страну, о которой так много рассказывали индейцы. Помощник его Ернандо ди Рибейра (Hernando di Ribeira) отправился с той же целью на озеро Харайес (Xarayes), представляющее обширную, периодически затопляемую низменность между 15 и 20° южной широты. Доверяя указаниям индейцев, которые отсылали его все далее и далее к воинственным женщинам, имевшим будто бы даже домашнюю утварь из белого и желтого металлов, Рибейра несколько месяцев блуждал по затопленным водой местностям, пока голод и болезни не принудили его возвратиться назад.

Через сто лет после Орельяны показание его относительно амазонок было подтверждено Христофором д'Акунья (Christopher cTAcugna), который в 1639 году отправился из Перу вниз по Амазонской реке для открытия золотой страны. В своем описании путешествия (Voyages and discoveries in South America. London, 1698) д'Акунья утверждает, что от всех племен, посещенных им во время пути, он слышал рассказы, подтверждающее существование амазонок. В особенности подробные сведения о месте обитания их и обычаях были доставлены племенем Тупинамбас. Затем в названном сочинении д'Акунья излагает сами рассказы, которые ничем не отличаются от преданий классических писателей об амазонках. Один из индейцев сообщил даже, что, будучи еще мальчиком, он был вместе с отцом своим у амазонок и видел, как все рожденные амазонками дети мужского пола были отданы прибывшим за ними отцами. Иезуиту Циприану Базарре (Bazarre), жившему в конце XVII века среди племени Тапакура, индейцы рассказывали будто бы то же самое, с той только разницей против рассказа Страбона, что рождающиеся у американских амазонок мальчики были ими немедленно умерщвляемы.

Французский астроном Шарль Мария де Кондамин (Condamine), совершивший по поручению Парижской академии в 1744 и 1745 годах путешествие вниз по Амазонской реке, рассказываете своем «Relation abregee d'un voyage fait dans l'Amerique meridionale» (Mastricht, 1778), что от различных индейских племен, виденных им во время плавания по реке, он слышал сходные между собой в главных чертах рассказы об амазонках. Все рассказчики утверждали также, что амазонки на главной реке более уже не живут, а переселились к северу на Ріо-Негро или на какой-то другой из северных притоков Амазонской реки. В форте Святого Иоахима на Ріо-Бранко Кондамин узнал от одного из индейцев, что на реке Коари живет старик, отец которого видел амазонок. Кондамин, прибыв на реку Коари, не застал уже этого старика в живых, но от сына его Пунильи, главы племени, узнал, что дед этого последнего несколько раз имел случай видеть амазонок на реке Кучивара, куда они пришли с устья реки Кайаме, с южной стороны, из местности между Тефе и Коари. Четырех таких женщин Пунилья видел сам в то время, когда они поднимались вверх по Рио-Негро; одна из них держала на руках ребенка. Подобные же сведения Кондамин получил и в местностях ниже реки Коари.