Читаем Кассий полностью

Два тиранида перебрались через стену и, давя трупы сородичей, бросились прямо к капитану. Ударом силового меча он отрубил первому существу клинковую конечность и перерезал шею. Эдрий набросился на второго и вонзил ему в спину древко ротного знамени, пришпилив тварь к полу. После чего выхватил пистолет и всадил болт в череп ксеноса, оборвав его безумные визги. Фабиан признательно кивнул знаменосцу.

— Мы здесь не продержимся, сэр, — с трудом процедил Эдрий. При разговоре обожженное кислотой горло причиняло ему сильную боль. — Они уже внутри периметра.

Фабиан нагнулся через парапет и выстрелил из плазменного пистолета, обратив в пепел еще несколько ползущих по стене ксеносов.

— Знаю, брат, — ответил он. — Мы связались с группой сержанта Веригара, что осталась в зоне высадки. Нас эвакуируют по воздуху. Осталось лишь продержаться до их прибытия.

Эдрий закашлялся, сплюнул кровь, выругался и вытер рот тыльной стороной перчатки.

— Есть, капитан.

— Брат Галл, — крикнул Фабиан оператору вокса, — передай всем отделениям, пусть отступают на верхний уровень!

Крепостная стена Сигмы Фортулис была достаточно широкой, чтобы на ней могли спокойно разойтись два космодесантника, но совершенно не подходила для воздушной эвакуации. Единственное место, где Третья теоретически могла это сделать, находилось на северо-западной башне, в последнем уголке крепости, что еще оставался нетронутым. По обе стороны от башни, где с ней соединялась стена, ввысь уходили спиральные лестницы с грубыми каменными ступенями. Они вели на вершину — широкую, почти круглую платформу, изрезанную концентрическими канавками. Зараз на нее может сесть только один десантно-штурмовой корабль. Значит, Ультрамаринам придется эвакуироваться по отделениям — едва ли идеальный вариант, но лучшей альтернативы Фабиан все равно не смог придумать.

Капитан знал, что в нижних залах Сигмы Фортулис его воины уже начали отступать, с боем пробиваясь на стены. Наверняка там воцарится сущий ад. Поскольку тиранидов уже ничто не сдерживало, они хлынут внутрь крепости в ужасающих количествах, ни на секунду не давая покоя отступающим космодесантникам.

— Будь проклят твой безрассудный гнев, капеллан, — прошипел Фабиан.

С уходом Кассия Ультрамарины лишились столь важного тактического преимущества. Фабиан был замечательным воином и опытным командиром, но он не мог зажечь огонь в сердцах своих воинов, как это делал капеллан. Кассий являлся символом, живым воплощением вечной и непревзойденной славы Адептус Астартес. Он убивал врагов человечества за много веков до того, как Фабиан появился на свет, и одерживал победы над тиранидами на сотнях миров. Одно его присутствие могло убедить людей в том, что им по силам уничтожить любую угрозу, вставшую на пути, — как они могут проиграть, когда подле сражается легендарный магистр святости?

А теперь он ушел, и толстые стены Сигмы Фортулис перестали казаться такой уж надежной защитой.

— Второе и пятое отделения, удерживать лестницы! — проревел Фабиан, спеша вместе со своими воинами к северо-западной башне. — Не подпускать врага! Остальным — следить за стенами и небом. Опустошители, занять позиции на вершине башни.

Расчеты тяжелого оружия оттащили свое громоздкое снаряжение вверх по ступеням башни и установили за невысокими зубцами. Опять раздался сотрясающий грохот тяжелого болтера, сопровождаемый ревом плазмы и пламени. Тем временем тираниды уже полностью захватили восточную стену и теперь мчались по крепостным валам в сторону перегруппировавшихся космодесантников. Однако Ультрамарины вновь организовали прочный рубеж обороны: тактические отделения отстреливали врагов на передовой, а губительные залпы тяжелого оружия прикрывали их сверху. Организмы-воины бросались на стену керамитовых доспехов, но фланговый огонь непременно разрывал их на куски. Летучим ксеносам повезло больше: несколько космодесантников рухнули на землю с дымящимися пробоинами в броне, прожженными биоорганическим оружием чужаков, но массированный обстрел быстро сократил число крылатых тварей.

Свет солнца потускнел, словно оно тоже задыхалось от чудовищной пытки, которой тираниды подвергли Колован. Внезапно небо окрасилось в пыльно-бежевый цвет сумерек, который быстро сменился кромешной тьмой ночи. На поле брани посыпался тусклый серый снег, покрыв слоем грязи гордые синие доспехи Ультрамаринов и мерзкую молочно-желтую плоть ксеноеов. И тут Фабиан понял, что это не снег. До них долетели первые облака пепла, поднятого взрывом, который устроил Гален. Облака оказались настолько плотными, что затмили солнце. Моргнув, капитан переключил шлем в режим ночного видения и невольно поморщился от яркой вспышки, когда выстрел раскаленной добела плазмы ударил в гущу врагов.