Но мучила Аввакума и являвшаяся к нему нечистая сила. Бесы мешали ему по ночам, вышибали четки из рук, двигали столом, пускали летать по воздуху стихари, пугали мертвецами. Впрочем, борьба с последними давалась куда легче, чем с первыми, против которых и были направлены пророчества Аввакума. Так, местный начальник в селе Лопатицы, согнавший Аввакума с прихода, после предсказания провидца действительно заболел и чуть не умер, спасшись только обращением к Аввакуму за помощью. Воевода Пашков в Сибири едва не утонул при переезде через реку. Не сбылось, правда, предсказание Аввакума о близком конце света, но, с другой стороны, петровские реформы начала XVIII века для сторонников старого уклада и были (в какой-то мере) «концом света» для многих и многих.

Свои предсказания Аввакум делал на основе вещих снов и ангельских голосов, а то и получал их напрямую от самого Христа. Об этом он говорит в своем «Житии», написанном в Пустозерске около 1673 года: «А се мне в Тобольске в тонце сне страшно возвещено (блюдися, от меня да не полъма растесан будеши). Я вскочили пал пред иконою во ужасе велице, а сам говорю: «Господи, не стану ходить, где по-новому поют. Боже мой!» Был я у заутрени в соборной церкви на царевнины имянины, шаловал с ними в церкве-той при воеводах; да с приезду смотрел у них просвиромисания дважды или трожды, в олътаре у жертвеника стоя, а сам им ругался; а как привык ходить, так и ругатца не стал, — что жалом, духом антихристовым и ужалило было. Так меня Христос-свет попужал и рече ми: «По толиком страдании погибнуть хочеш? Блюдися, да не полъма разсеку тя!» Я и к обедне не пошел, и обедать к князю пришел, и вся подробну им возвестил».

Историк Н. М. Никольский в книге «История русской церкви» так писал о протопопе Аввакуме: «Такой человек с огненной речью, проникнутый притом сознанием, что через него говорит сам дух Божий, быстро приобрел известность и стал первым народным реформатором, обратив всю силу своей агитации против царя, патриарха и властей и сосредоточив центр тяжести своей проповеди вокруг вопросов об антихристе и кончине мира. Вся проповедь Аввакума обращена не назад, не на безнадежную, с его точки зрения, защиту старой веры, а вперед, на близкий суд Божий над антихристовым царством».

Думаю, читатели легко поймут: вряд ли стоит искать некие общие закономерности не только у прорицателей, живших в разных странах и временах, но и у прорицателей-современников, живших поблизости друг от друга.

Каждый наделен своим собственным — особым — даром. К каждому знание приходит своими неожиданными путями.

Но общим можно считать одно — предсказателям, будь то древнегреческая Кассандра или средневековый русский юродивый, почти никогда не верят. И лишь потом люди убеждаются в правильности их предсказаний и сделанных ими предостережений. Об этом стоит задуматься.

Вместо послесловия

Аристотель указывал, что в эпилоге древнегреческой трагедии хор песен не поет.

Пусть так. Однако, внимательно проследив за жизнью и нелегкой судьбой Кассандры (а также, для сравнения, вспомнив ее духовных потомков, живших на Руси), для нас теперь уже не секрет: эта женщина стала героиней многих художественных произведений — пьес, романов, поэм, — написанных самыми разными авторами. О ней писали Софокл и Эсхил, Шиллер и Гюго, Жуковский и Кюхельбекер, Майков и Мандельштам, да и многие, многие другие.

И вовсе не удивительно, что память о ней пережила века, а ее имя сделалось нарицательным.

И, начав повествование о Кассандре со стихов, стихами же я его хочу и завершить. Это — несколько строф из стихотворения русского поэта Бориса Гучкова, посвященного нашей героине.

Догадок и молвы.

Века, года, минуты

Не превозмочь, увы.

Ах, вещая девица!

Темна твоя стезя.

Не верить, не дивиться

Пророчествам нельзя.

Истории касаясь,

В провинции, в глуши,

Все о тебе, Кассандра,

Я думаю в тиши.

Через века пришли нам

Благих вестей суму.

Скажи, что новый Шлиман

Планете ни к чему.

Грехи людей прощая,

Не зло, не мир во мгле,

Нам обещай, вещая,

Блаженство на земле.