Читаем Каскадер полностью

– Я же сказала, что он будет боевым котиком!

Внутри Шериф быстро успокоился и начал довольно активно ползать по сиденью, благо народу почти не было.

Арс купил мне мороженого и развлекал какими-то совершенно невероятными байками из их с Глебом жизни.

– Были мы тогда в армии, а с нами еще один парень. Как-то прапорщик, видимо, не зная чем нас занять, выдал лопаты, отвел за столовую и сказал: «Будете рыть яму для отходов. Размером этак три метра на три метра на три метра». А Глеб, не будь дурак, у него спрашивает: «Товарищ прапорщик, а можно мы вместо одной ямы три на три и на три выроем три ямы один на один и на один?» «Ройте!» – немного подумав, ответил ему прапорщик.

– Потрясающе! Неужели в армии и в самом деле все так?

– Ох, Керен, знаешь, армия – после того как оттуда возвращаешься и начинаешь вспоминать, – это один сплошной анекдот… Если, конечно, у тебя там нашлись верные друзья, и ты не слабак. А вот еще история – ездили на полигон, проводить зачетные стрельбы. Каждому дается АК-47 и пять патронов, то есть, соответственно, лучший результат может быть пятьдесят очков – все выстрелы в яблочко. Ложусь, стреляю, встаю, иду с сержантом к мишени. Он проверяет попадания и пишет мелом на спине количество очков – ну чтобы не врали. Считает. Я смотрю – восемь дырок! Понимаешь? Пять – в яблочко, и три рядом, в восьмерке. А сержант – хоть бы хны – спокойно сосчитывает и пишет мне на спине: «74». Я отправляюсь к полковнику, который фиксирует результаты, представляю, как он сейчас выскажется об интеллекте сержанта. Полковник: «Курсант, ну сколько?». Я: «74, товарищ полковник!» Тот удивляется, я поворачиваюсь спиной. А полковник отвечает: «Отлично! Сразу видно – прирожденный военный! А то половина бойцов просто в мишень не попала! А еще офицерами хотят быть!» Эту историю я, наверное, никогда не забуду.

– Ох, Арс, у меня уже голова от смеха болит!

– Хочешь, могу рассказать тебе грустную историю.

– Не, лучше страшную!

– Легко! Вот, например… М-м-м…

А вот еще:

И еще:

– Прекрати над нами издеваться! А то Шерифка тебя и в самом деле поцарапает!

– Ты натравишь на меня этого милого котенка?!

– Ну ладно, хватит… Мы уже подъезжаем. Пойдем на выход!

Поудобнее прижав к себе разбушевавшегося Шерифку, я двинулась к выходу. Спустившись с перрона, мы огляделись, отыскивая вертолет. Обнаружен он был минут через двадцать, и в самом деле недалеко от метро.

– Здрасте! – весело сказала я, забираясь внутрь.

– Вы – Керен? – спросил пилот.

– Да. Вы должны доставить нас на Валаам.

– Вас? Мне говорили только об одном пассажире.

– Нет, со мной еще он, – я ткнула пальцем в Арса, – и этот котенок.

– Ну залезайте!

До Валаама на этот раз мы долетели без проблем – никто нас не атаковал, никто за нами не следил. Высадив нас на берегу, пилот тут же поднял машину в воздух, сетуя, что уже, мол, темнеет, поскорей бы до Питера добраться, и без того полвыходного потратил…

На его реплики я никак не отреагировала, деньги, которые он получил за этот перелет, окупали месяц его обычной работы. Вообще-то, я и сама умею управлять вертолетом, но прав у меня нет.

– Ну что? – поинтересовался Арс. – Сейчас к Антону или сразу за кощеевскими зельями?

– Конечно, к Антону Михайловичу! Мне же надо Шерифку с кем-то оставить! Лучше всего с Глебом… Но он ведь захочет с нами пойти. Кому ты доверяешь? А то я никого толком не знаю.

– Ингу. Он посидит с твоим Шерифом.

– Он меня не любит.

– Дело не в том, любит он тебя или нет. Его просто раздражает, что ты занимаешься не своим делом. Не переживай я сам попрошу его.

– Не хочу с ним расставаться… – я прижала к себе малыша.

– Я понимаю, что ты хочешь выдрессировать его и превратить в боевого котика, но пока он еще слишком мал для этого, Керен!

– Ладно, уговорил. Пойдем поищем Инга. И нам надо покончить с кощеевскими зельями до рассвета.

Антон Михайлович, увидев нас, сначала оживился, вскочил из-за стола, но, поняв, что мы одни, сразу поскучнел.

– Что, он отказался?

– Да, Иван не поехал с нами. Но он научил нас, как победить Кощея. На завтрашних боях он будет безопасен.

– Он убил сегодня еще одного.

– Кого? – воскликнули мы хором, мысленно перебирая имена.

– Костю, – ответил Антон Михайлович.