Проиграв в голове свою последнюю реплику, Ридли почувствовала внезапный укол вины. Всю обратную дорогу в Минеральные Скважины ей придётся показывать учительнице фокусы, чтобы как-то смягчить свою вину. Она опять позволила взять верх резкому характеру (и волнению).

Через проход несколько ребят готовили свой стенд. Обустраивали нечто, названное «Садом будущего» – густую зелёную диораму, заполненную миниатюрными растениями и деревьями. Каждый из участников достал некий инструмент и закрепил его на столе.

Один был похож на электрический совок. Другой представлял из себя некое приспособление для вскапывания почвы, которое заканчивалось острым, вращающимся механизмом. Третий напоминал обычную лопату… до тех пор, пока кто-то не нажал на тумблер и та не начала вибрировать. Вероятно, так было задумано, чтобы пробиться сквозь более плотные слои почвы.

Группа над чем-то засмеялась, и Ридли пронзило воспоминание о её собственных друзьях – их клубе волшебников. Она вдруг позавидовала этим ребятам, тому, что они вместе, поддерживают друг друга, ободряют и перекидываются шуточками. У неё же была только неловкая, слишком восторженная учительница. Впервые за это утро Ридли пожалела, что рядом нет Тео, Лейлы, Картера и близнецов.

(А кто бы не пожалел? Даже после их недавних, скажем так, неприятностей, заверяю вас, все Неудачники тоже хотели бы оказаться сейчас рядом с Ридли и поддерживать её.)

Краем глаза Ридли заметила чей-то пристальный взгляд. В конце длинного прохода стояла пожилая женщина с седыми, коротко стриженными кудряшками. Плечи её были опущены, руки висели вдоль тела, а рот был приоткрыт, словно та собиралась что-то сказать, но вдруг забыла, что именно. На носу у неё сидели очки в тонкой оправе, а одета она была в платье в фиолетовый и розовый горошек. Ридли только спустя несколько секунд узнала её: миссис Мэлони, библиотекарь из Минеральных Скважин. В конце прошедшего лета она была одной из судей на конкурсе талантов.

Миссис Мэлони поёжилась и, коротко дёрнув головой, двинулась в сторону Ридли. Губы у неё шевелились, но девочка никак не могла разобрать, что она говорит. Шла библиотекарша как-то неуверенно, медленно переставляя ноги, точно под гипнозом.

Затем она взяла лопату со стола «Сада будущего» и медленно повернулась к Ридли.

– Что вы делаете? – вскрикнула девочка. – Положите это на место!

Покрасневшие, влажные глаза библиотекарши расширились, полные страха и… решимости?

Ридли наконец смогла разобрать, что та шептала себе под нос. И от этого её прошиб холодный пот.

– Что я наделала? Что я наделала?

Миссис Мэлони замахнулась. Ридли дёрнула за рычажок на подлокотнике своего кресла.

– Что я наделала?

Колёса завертелись, кресло дёрнулось назад, и одновременно с этим миссис Мэлони тяжело шагнула к столу Ридли.

– Стойте! – закричала та, понимая, что сейчас произойдёт. – Нееееет!

В этот момент женщина обрушила лопату вниз. Деревянная модель проекта Ридли разлетелась на кусочки.

ДВА – сколько же ещё глав впереди?

Миссис Мэлони нанесла ещё один удар. Во все стороны полетели шестерёнки, пружины и мелкие детали.

Ридли вскинула руки, защищаясь от осколков своих трудов, летящих в неё, точно шрапнель от взорвавшегося снаряда.

Все вокруг обернулись, чтобы посмотреть, что происходит. Поднялся шум и крики разбегающихся в разные стороны изобретателей и их наставников.

Перед мысленным взором Ридли предстала ночь конкурса талантов, события накладывались на движения библиотекаря, продолжавшей методично уничтожать остатки её проекта.

Бах!

Окно Волшебного магазинчика взорвалось наружу сотней сверкающих осколков.

Бах!

Стены вздрогнули и начали оседать. Пыль заволокла Центральную улицу.

Бах!

Картер, Лейла и Тео ринулись к магазинчику, оставив в парке позади себя Ридли, Эмили Меридиан, близнецов Олли и Иззи и животных.

Бах!

Из тени выступил гипнотизёр, воротник его был высоко поднят, скрывая лицо, а вокруг клубился дым.

Калаган…

Человек, охотящийся на Ридли и её друзей с самого начала этого лета, подложивший динамит в старые тоннели контрабандистов под Волшебным магазинчиком мистера Вернона, нажавший на кнопку и изменивший всё.

Теперь женщина кричала во весь голос.

– Что я наделала? Что я наделала? – но звучало это механически и однообразно, точно какая-то мантра или припев нелепой песенки.

Те же слова произнёс Калаган в ночь взрыва, аккурат перед тем, как погнался за Тео, вооружённый волшебной палочкой, обернувшейся острым клинком.

Наконец библиотекарша уронила лопату и занялась стендом Ридли.

Взор девочки вспыхнул огнём. Как смеет эта женщина разрушать её труды! Хуже того: как она смеет пробуждать воспоминания о человеке, преследующем Ридли даже во снах? Она что, работает на него?