Читаем Карта Саммона са Роха полностью

— Рыбники ничего не смыслят в красивой жизни, они не признают ни культуры употребления пищи, ни культуры питья вина. И это несмотря на то, что на территории Хаггоррата выращивают лучший на Ганисе табак и делают самые изысканные вина. Я не говорю об их поистине варварском обычае нюхать и втирать в десны табак гольфу.

— Вы позволите, сиорий? — Зоулден указал пальцем на блюдо с рыбным ассорти.

Герро кивнул, приглашающее зажестикулировал полупустым бокалом.

В руке Зоулдена сверкнул стилет, видно было, что ему претят излишние церемонии, расшаркиваться он явно не собирался. Герро удостоил его снисходительной полуулыбкой. Он уважал Зоулдена и ценил за его стиль, за то, что тот делает, и как делает, а потому был склонен прощать ему некоторые слабости.

— Должен заметить, — продолжал заплечных дел мастер, накалывая на острие клинка несколько лепестков солёной белокровки, — что столичные модники давно переняли у них эту привычку.

— Что я могу на это ответить, друг мой? Лишь то что дурной пример заразителен… Рыбники не ценят простые радости жизни… едят не испытывая вкуса, пьют не получая удовольствия, живут не испытывая наслаждения, более того не понимая для чего им эта жизнь дана. Как можно было предложить нам остановиться в этом свинарнике, — он пощелкал пальцами, прося Зоулдена помочь ему с названием трактира.

— «Черная свинья». — Зоулден свернул в трубочку листок белокровки, обмакнул в соус и запихнул в рот.

— «Черная свинья»! Девять Великих, — воскликнул Герро, — название говорит само за себя. За весь город. За всю страну. Гасор, один большой свинарник. Хаггоррат — огромная выгребная яма.

Зоулден не удержался и икнул.

— Простите, сиорий.

— Ничего страшного, — великодушно позволил Герро, помахивая пустым бокалом.

— Позволю себе не согласится с вами — Реммиар богатейший город, он прекрасен, не город, а сказка. Хороши и Спатар с Румком, и Иллионд.

— Ближе к делу, Зоулден, — с лёгким раздражением потребовал немедленной реляции Герро. — Что с Левиором? Рассказывай.

— За день до отбытия он общался с Анготором Рима. Астрономом.

Герро выгнул брови.

— Что этому лису понадобилось в Гасоре?

Он не просто так назвал Анготора Рима «лисом», старичок имел удивительное сходство с этим хитроумным хищником внешне, да и чертами характера тоже.

— Проездом. Из Охома в Аморавит. Хозяин «Черной свиньи» утверждает, что он и Левиору предлагал с ним поехать, да тот отказался.

Вошел слуга, споро расставил приборы, налил вина, занял прежнее свое место в двух шагах за спиной Герро.

— Долго они общались?

— Поужинали вместе, — чавкая и чуть ли не урча от удовольствия, сообщил Зоулден, — а на следующее утро Анготор Рима отбыл в Аморавит, без предупреждения. Трактирщик сказал, что брат Дисаро об отъезде астронома ничего не знал, потому как справлялся о нем поутру и был сильно удивлен, узнав что его нет.

— С кем Анготор Рима путешествует?

— До Гасора его сопровождал некий Гейб Ваграут. Известная в определённых кругах личность, верранский феа. Следопыт, вильник…

— Вильник?

— Охотник на вильнов. Чемирту собирает, сам обрабатывает. Говорят он в этом один из лучших.

— Хорбутовыми зёрнами значит приторговывает бесеняка. Сулойам знают об этом?

— В Хаггоррате чемирта не запрещена.

— У нас она тоже не запрещена, но и сказать, что разрешена язык не поворачивается. Вильны это же разновидность горбоносых клинтов?

— Нет, многие путают, эти зверьки очень похожи. Знаток сразу отличит вильна от горбоносика.

— Ну, раз Гейб по чемирте специалист то и это ему под силу.

— На самом деле их и не захочешь, а отличишь, вильн, если его той же чемиртой с гуано нетопырей не баловать страшнее самого лютого зверя со временем станет. Не приведи Первые рядом с такой тварью оказаться.

— Зачем они Гейбу?

— Когти и внутренние органы этих зверьков очень ценны. Алхимики и прочие мозгокруты платят за вильнов большие деньги.

— Да что в них внутренних органов…

— В этом-то и дело. Зверёк мало что редкий да опасный так ещё и крохотный. Потому и деньги дают огромные, но только за живых. Мёртвый вильн никому и даром не сдался.

— Как Гейб выглядит, рассказывай? Особые приметы есть?

— Полно. Не феа а ходячая особая примета. Невысок, силён, крепок, здоровяк каких поискать…

— Феа все такие.

— Поверьте, сиорий, — этот здоровее прочих. Кулаки как голова моя, ручищи как три моих, рожа такая что Хорбуту, прости Великий, впору разрыдаться. Череп лысый, на нём тиу — надписи какие-то на древне-феаском. Что означают понятия не имею, если вообще смысл в них есть. По кругу буквы идут, в несколько рядов, вокруг маковки. Вот так, — Зоулден поднял руку над головой и завращал пальцем, показывая как именно располагаются буквы на лысине феа.

— Вы знакомы?

— Встречались, в Меноуре.

— Ты что там делал?

— Исполнял волю, Текантула, — обошел вопрос стороной младший экзекутор.

— Молодец, — вальяжно откинулся назад Герро, в отличие от Зоулдена он восседал на настоящем стуле с высокой изогнутой спинкой, — еще приметы у Гейба есть?