— У нее есть своеобразный гарем — куча санклитов обоего пола, влюбленные в нее мальчики и девочки, готовые на все. Ты видела часть этой своры на Филиппинах. Остальные живут в особняках за городом. Периодически она их стравливает между собой. Думаю, девочку тварь спрятала в одном из таких мест.

— Бедный ребенок.

— Да уж, к детям ее подпускать нельзя. — Я скрипнул зубами и зарылся лицом в волосы любимой. — На своей шкуре это проверил. Даже если еще три сотни лет пройдет, не перестану ненавидеть эту змею!

— Антиквариат ты мой! И что тебе больше всего запомнилось, кстати, за три сотни годиков?

— То, что расшнуровывать корсеты — сплошная морока! — я рассмеялся и притянул ее к себе. — А если серьезно, то все эти годы ждал тебя, Саяна.

— Попутно расшнуровывая чужие корсеты?

— Ас панталонами сколько возни было!

— Негодяй! — она повалила его на спину и села сверху. — У меня, по сравнению с тобой, монашеский список!

— Даже думать не хочу о том, что у тебя были другие мужчины! — я поменял диспозицию на противоположную и завис над ней. — Убил бы каждого!

— Такого, как ты, не было. — Прошептала любимая, запустив руку в мои волосы и наслаждаясь привычным стоном. — Хочу тебя, Горан.

— Саяна, не сейчас.

— Именно сейчас.

— Ты еще слишком слаба, родная.

— Считай это моим лекарством. — Она прильнула ко мне. — Или мне опять напомнить о договоре?

— Шантажистка, — мои руки пустились в путешествие по ее телу, ощущая, как оно мгновенно отзывается на каждое прикосновение. — Ты уверена? — Да. Но если передумаю в процессе, непременно сообщу!

— Безумно тебя люблю, родная! — прошептал я и завладел ее губами.

Старался быть предельно осторожным. Нежно целуя, раздел любимую. Ладони заскользили по ее коже. Она постанывала в предвкушении, маня своими штормящими океанами. Уже изнывая от желания, я медленно наполнил девушку собой.

— Люблю тебя, Горан! — сорвалось с ее губ, и наслаждение охватило мое тело с головы до кончиков пальцев ног.

— Люб…лю, — задыхаясь, отозвался я. — Саяна! Боже!

Медленные, дразняще медленные движения ее бедер, что подались навстречу, заставили меня изогнуться от удовольствия.

— Как хорошо! — выдохнула Саяна.

— Родная! — я торжествующе зарычал и ускорился.

Так хочется слиться с ней полностью! Стать существом с общим дыханием, телом, бешено стучащим сердцем — единым, сильным, мощным! Пусть Вселенная остановится, пусть время пропадет, пусть миг станет вечностью! Она очнулась от моих поцелуев.

— Как ты, любимая? — я с тревогой заглянул в ее глаза. — С тобой теряю контроль над собой, совершенно!

— Так хорошо мне еще никогда не было! — потрясенно выдохнула она. — Волшебник мой!

— Твой. — Подтвердил я, чувствуя, как душу разрывает пронзительная нежность. — Навсегда только твой! Дышу тобой, воздух мой!

— Горан…

— Что? Мужчина так говорить не должен, да?

— Ты не обычный мужчина. — Она улыбнулась в ответ.

— Именно. И даже не человек. — Как же с ней хорошо! — Любимая, я давным-давно перестал заморачиваться людскими условностями. Моя душа открыта для тебя. Только для тебя. Ты можешь уничтожить меня. Только ты. Можешь сделать счастливейшим на свете — опять же, только ты. Я полностью в твоей власти. Только с тобой могу быть собой. Весь твой, любимая моя!

— Весь мой. — Глаза Саяны вновь превратились в штормящие океаны. Нежность забурлила в душе, выплавляя такое дикое желание, что дыхание замерло на вдохе. Я со стоном притянул девушку к себе и обнял так крепко, как только смог.

— Люблю тебя! — прошептали ее губы, жаждущие поцелуев.

— Люблю! — эхом отозвался я. — Так долго ждал тебя, сокровище мое! Так долго!

Глава 5 Гробница вечной любви

Саяна

Каппадокия встретила нас инопланетным пейзажем, который старательно день за днем на протяжении многих сотен лет создавали вулканы, солнце и дожди. Высокие пирамиды из лавового туфа, как огромные грибы с белой ножкой и сероватым напылением на шапочке, устремлялись в безбрежное небо. Темнеющие входы делали их похожими на жилище гномов и фей. В зеленой траве вокруг большими каплями крови алели маки. Сухой горячий воздух тяжелыми пластами плыл вокруг, изредка, словно от скуки, завихряясь крохотными торнадо, поднимая с плотно утоптанной, потрескавшейся от жары тропы горсти пыли и бросая их в туристов.

— Давно здесь не был. — Держа меня за руку, сказал Горан.

— Целую сотню лет, наверное? — решила пошутить я.

— Угадала.

— Серьезно?

— По ощущениям — да.

— И где все произойдет?

— Видишь? — санклит указал на Арарат на горизонте. Голубая гора с белым пиком подрагивала в воздухе, как мираж. — Если идти по направлению к ней отсюда, то через десять пирамид встретится та самая, с входом в подземные пещеры.

— А дальше?

— Без спойлеров.

— Обижусь.

— Не нужно. — Улыбаясь, он поцеловал мое запястье.

Сладкое тепло мгновенно спустилось из солнечного сплетения в низ живота, сбив дыхание.

— Не смотри так! — взмолился Горан. — Мозг отключается! Я уже готов утащить тебя в любую из этих пещер!

— Как будто кто-то против, — пробормотала я, приложив руки к вспыхнувшим щекам.