Читаем Капсула времени полностью

Антон сразу узнал маму. Она стояла впереди толпы из встречающих и была очень напряжена. Антона удивило, что на маме вместо приталенного плаща и голубого платка, был строгий брючный костюм мышиного цвета и черная широкополая шляпа. Когда Татьяна увидела своего сына, то ее лицо озарилось той теплой улыбкой, которую Антон видел только что во сне. Мать обняла сына и начала горячо целовать его в лицо, глаза, губы. «Мама, не надо», – отодвинул ее мальчик. Ему было не ловко от таких нежностей. «Как долетел?» – спросила его мама, неохотно отстраняясь. «Хорошо», – отозвался Антон. Мама взяла его за руку и повела к выходу, где их ждало такси. Антон волновался, не зная, как пройдет их с мамой встреча после долгой разлуки. Но постепенно тревога ушла, а на ее месте появилась радость, что они теперь вместе, и он может держать маму вот так просто за руку. Чувствовать ее тепло. «Почему у тебя такие холодные руки? – спросила мама. – В самолете, что было холодно?» Мальчик чувствовал, насколько руки мамы были горячими. Вместо ответа он прижался щекой к ее нежным рукам, желая, чтобы это материнское тепло окутало его со всех сторон. Татьяна, понимая чувства сына, обняла мальчика за плечи и прижала к себе. Так они и шли вдвоем, обнявшись по длинному коридору аэропорта, который вывел их на улицу к остановке такси. Два самых счастливых человека не Земле в этот момент – мать и сын. Антон шел, гордо подняв голову, чтобы все видели, что эта красивая блондинка – его мама.

Пока они ехали, Антон рассматривал дома, мимо которых проносилось их такси на большой скорости, виляя в плотном потоке машин. Его удивило, что этот город совсем не похож на тот, что приснился ему в самолете – не было готических шпилей, и улочки были не такие узкие и извилистые, как во сне. А вот погода на улице была такая же пасмурная и дождливая. Тридцатое декабря – скоро Новый год. Антон поежился и еще плотнее прижался к матери, он до сих пор так и не смог согреться.

Мама жила в спальном района Парижа. Как позже мальчик узнал – этот район носит название Вожирар. Вожирар – это Париж без пафоса и шика, без туристической суеты и сверкающих галерей. Та самая густонаселенная часть города, со своей инфраструктурой. Тихая, скромная, но очень приветливая – это обратная сторона столицы, в которой живут обычные парижане и его мама.

Квартирка у мамы была небольшая, но зато двухуровневая. На первом этаже располагалась комната-студия с угловым диваном и небольшая ванная комната, выложенная белой плиткой, с такой же белой ослепительной ванной. На втором этаже, на который вела деревянная лестница, была спальня с огромной, как показалось маленькому Антону, двухспальной кроватью.

«Ну, вот здесь ты и будешь жить», – сказала мама, проводив Антона на второй этаж.

Вечером того же дня Татьяна с сыном отправились в ресторан, находившийся недалеко, на крыше одного из соседних домов. А визитной карточкой этого ресторана были огромные панорамные окна, с видом на сверкающую разноцветными огнями Эйфелеву башню, с вершины которой, озаряя все вокруг, светили четыре прожектора. За окном, как и весь день, моросил дождик, дул промозглый ветер, но Антон и Татьяна не обращали на это внимание. Весь вечер они сидели за уютным столиком в мягких высоких креслах и весело болтали, наслаждаясь вкуснейшей едой и прекрасным видом на ночной город. Мама заказала себе «Бёф бургиньон», а проще бургундскую говядину, с бокалом красного сухого вина. Антон решил попробовать запеканку из макарон, которая носила незнакомое, но очень красивое название «Тимбаль».

Антон старался как можно подробнее рассказать маме о их жизни с отцом. Хвастался своими успехами в школе, ведь он был отличник, и ему очень хотелось, чтобы мама гордилась своим сыном. А она и гордилась. Татьяна внимательно слушала Антона, задавая ему все новые и новые вопросы. А в конце вечера она заказала ему огромный бокал на тонкой ножке с шоколадным мороженным, которое было украшено взбитыми сливками и кусочками фруктов.

После такого насыщенного вечера Антон спал крепко, и ему даже ничего не снилось.

Утром его разбудил нежный мамин голос: «Вставай, сынок. Пойдем завтракать. Сегодня Новый год. У нас с тобой много дел запланировано».

Антон встал, старательно умылся, почистил зубы, надел брюки и новый свитер, который купил ему отец перед отъездом.

На завтрак мама предложила Антону сладкие хлопья, залитые молоком, и свежий хрустящий круассан с чаем. Антон не привык есть такое по утрам. Чаще всего они с отцом завтракали горячими бутербродами с колбасой и сыром, разогретые в микроволновке, или Антон готовил отцу яичницу-глазунью, сам-то он больше любил омлет. Но мальчик съел завтрак с большим аппетитом. Ведь это мама впервые в его жизни приготовила ему завтрак. Хотя слово «приготовила» здесь было не вполне уместно, но Антона это ни коем образом не смущало. Сын уплетал вкусную булочку под названием круассан за обе щеки.