Читаем Капля времени полностью

Когда мы сели за его стол, он мохнатым подобием руки вытащил лингвомаску, устройство для синхронного перевода, и прикрепил её к нижней части лица, но взамен, явно из желания найти с нами контакт, снял очки и мы увидели два круглых блестящих фасеточных глаза. Он оказался инсектоидом гуманоидного типа.

Его отсвечивающие тёмной радугой фасеточные глаза были неподвижны. Ему не требовалось переводить взгляд с одного собеседника на другого. Он видел нас всех одновременно.

– Добрый день, – донеслось из динамика лингвомаски вместе с негромким стрекотанием, доносившимся до нас из-под неё. – Я рад. Что наша встреча. Наконец состоялась. Меня зовут Пятый.

Он говорил отрывисто. Видимо, его родной язык не позволял строить длинные фразы, а имя нашего необычного собеседника маска перевела буквально.

– Что же мешало вам поговорить с нами раньше напрямую?

– Опасения. Ошибочная оценка ситуации.

От незнакомца не ощущалось никакой агрессии. От него, скорее, веяло каким-то грустным спокойствием.

– Мне только нужны были. Кристаллы с того места. Где нашли моего друга.

Мало-помалу, с каждой отрывистой фразой нашего странного собеседника, кусочки пазла, которые мелькали перед нашими глазами последний месяц, собирались в достаточно чёткую и понятную картину.

Ситуация оказалась, как и всё в этом мире, и сложной, и простой одновременно.

Тот мумифицированный хейрот был исследователем древних цивилизаций. С сидящим перед нами инсектоидом они познакомились в одной из межпланетных имперских экспедиций, нашли общие интересы, несмотря на различие рас стали друзьями, а потом разъехались в разные стороны, но продолжали поддерживать контакт. Пятый занимался исследованиями в столичной системе империи, его друг отправился домой на Хейру и сначала исследовал Хаш. Хейроты тогда только что сумели проникнуть внутрь и с увлечением исследовали там его изнутри.

Друг Пятого исчез в космосе около сорока лет назад. Однако перед его исчезновением по гиперсвязи от него пришло пространное наполненное восторженными интонациями сообщение, в котором друг поведал, что он сейчас в космосе, нашёл ветвь кристаллического дерева, и ему удалось наладить контакт с кристаллической формой жизни.

Живые кристаллы – симбиоты, так он их назвал. Они обладали невероятными, уникальными способностями. Эти кристаллические симбиоты могли не только менять скорость потока времени, но и зацикливать его.

Они смогли на короткое время в замкнутом пространстве капсулы синхронизировать свою невообразимо длинную жизнь с короткой, просто мгновенной с их точки зрения, жизнью сумевшего достучаться до их разума белкового существа. Только после такой синхронизации им и удалось полноценно пообщаться.

Далее из сообщения следовало, что кристаллы поведали ему, что Хаш – это не древний космический корабль неизвестной цивилизации, а один большой живой кристаллический организм, а разросшееся управляющее древо внутри этот что-то вроде мозга.

Много было в том сообщении непонятного, но, видимо, ключевой для Пятого стала фраза «Временем управляют те кристаллы, что направлены в центр. Их немного. Если собрать их вместе, всего лишь с коробку наберётся. Я верю, что имея с ними контакт, мы сумеем разобраться с возможностями самого Хаша. Это будет прорыв в управление временем».

После этого он исчез и сообщений от него больше не поступало.

Когда через сорок лет пришло извещение, что тело пропавшего друга найдено внутри какой-то космической глыбы и его останки привезены корветом «Лунного света» на Серпу, Пятый сразу вылетел сюда. Он не сомневался, что кроме описанного в извещении ветвистого кристалла, мы загребли с собой всё, находившееся рядом. Так что интересовали его именно те кристаллы, что мы назвали наконечниками.

Лично у меня в момент рассказа мелькнула мысль, что эта упомянутая в сообщении синхронизация времён вышла тогда для хейрота боком. Кто знает, возможно, это хитрое двойственное изменение скорости потока времени, при котором оно стало течь намного медленнее для хейрота и гораздо быстрее для кристаллов, хоть и позволило им общаться, однако в дальнейшем привело печальному концу. Отпущенная на волю пружина времени распрямилась и ударила, приведя хейрота к мгновенному старению и его неизбежной смерти от старости. Судя по тому, что он застрял в той капсуле в целом скафандре без признаков повреждений, это очень может быть. Длины его жизни хватило на одно сообщение и пару-тройку «бесед» с кристаллами. Возможно, он собирался послать ещё одно, более чёткое, более внятное сообщение о том, что узнал, но уже не успел.