Читаем Капитан Риччи (СИ) полностью

На память о следующем противнике ей осталась длинная рана на бедре, заживающая медленно, словно у обычного человека, и посылающая заряд боли по телу при каждом шаге, тем самым замедляющая ее движения.

С арены убрали разграничительные решетки, поскольку ее предстоящему поединку предстояло стать единственным развлечением публики на следующие несколько минут – дольше поединки обычно не длились.

«Поздравляю», – сказала себе Риччи. – «Ты вышла в четвертьфинал кубка Картахены по боям без правил».

Солнце жарило вовсю, а воды никому из пленных не предлагали. Риччи думала о том, что победителем, похоже, станет не самый ловкий преступник и не самый сильный, а самый выносливый. И о том, что произойдет с ней, если у нее случится солнечный удар. У нее ведь может случиться солнечный удар?

Она закрыла глаза, ожидая выхода своего противника.

– Капитан? – услышала она знакомый голос.

Но услышать его в этом месте она совершенно не ожидала.

– Стеф! Что ты здесь делаешь?!

Его золотистые волосы слиплись и потемнели от грязи. На нем не было его щегольского синего камзола, а белая рубашка была сильно заляпана кровью. Судя по легкости его движений и твердости руки, в которой он держал такой же грубый и тупой меч, кровь принадлежала не ему.

– Маленькое недоразумение, капитан, – невозмутимо улыбнулся он.

Но он не фамильярничал, осознавая величину своей промашки.

– Черт бы тебя побрал! И тебя, и этого идиота, которого где-то носит уже третий бой! Что такого сложного в том, чтобы принести мне меч?!

– Вы о Фареске? – уточнил Стеф, не понимающий половину ее слов. – Возможно, его тоже схватили?

– Он же испанец!

– Возможно, его кто-то узнал или он себя выдал, – Стеф развел руками. – Несмотря на все свои недостатки, Фареска весьма пунктуальный парень. У вас есть другой план, капитан? Капитан? Риччи?

Риччи тряхнула головой, отбрасывая мысли о том, что Берт пришел в Картахену из-за нее и из-за нее же здесь умер.

«План? Как насчет такого: я убиваю тебя, а потом еще кого-то и становлюсь победительницей турнира, а потом надеюсь на то, что мне представится шанс сбежать».

– План? – произнесла она вслух. – Тебе не приходило в голову, что ты можешь убить меня и еще одного парня, и станешь победителям, а значит, получишь свободу?

– Я достаточно умен, чтобы не надеяться убить Вернувшуюся, – чуть заметно улыбнулся Стеф.

– Тогда как насчет того, чтобы снять с меня эту дрянь? – она тряхнула кандалами. Острый камень разодрал едва затянувшуюся ссадину.

– Если бы у меня были при себе инструменты… – начал Стеф, но, глянув в глаза Риччи, оборвал фразу. – Я что-нибудь придумаю.

Он поднял меч и принял боевую позицию.

– Выроните оружие, когда я нападу, и примите удар на ваши изящные браслеты, – прошептал он громко. – Посмотрим, что я могу с ними сделать.

Риччи поступила так, как Стеф сказал, с небольшой поправкой: она не удержала равновесия, и они вдвоем, сцепившись, рухнули на арену, подняв облако мелкой песчаной пыли.

Стеф сплюнул песок и, пользуясь завесой, ощупал ее кандалы.

– Кажется, тот, кто их на вас одел, не планировал их снимать вовсе, – прошептал он на ухо Риччи.

– Ты хвастал, что можешь открыть любой замок, – сдавленно, потому что удерживать вес Стефа было нелегко, просипела Риччи.

– На них нет замка. Помнишь, как их надели?

– Я была без сознания.

– Кузнец, видимо, сковал их прямо на тебе. Без горна и молота тут не справиться.

– У нас есть только песок и меч! – прошипела Риччи. – Надо найти их слабое место!

– Можем искать сколько угодно… пока стражники не решат выяснить, чем мы занимаемся.

Риччи выругалась. Их возня со стороны могла быть истолкована весьма двусмысленно. Судя по свисту и улюлюканью с трибун, второй смысл дошел до многих.

– Слезь с меня, – прошипела Риччи, толкая Стефа в бок.

Но тот перевернулся, отпуская ее цепи, и она вынужденно перевернулась вместе с ним, оказавшись сидящей на нем.

– Сделайте вид, что пытаетесь меня задушить, – шепнул Стеф. – А я попробую найти слабое звено.

Риччи добросовестно пыталась изобразить удушение, но, судя по усилению воплей и визжания, спектакль удавался им плохо.

Лицо Стефа стало крайне сосредоточенным, но цепь не поддавалась. Риччи начинала понимать, что ее план провалился.

Они проиграли.

***

Берт уже несколько минут безуспешно доказывал охранникам перед входом в ложу для важных лиц, что ему необходимо срочно увидеть адмирала де Седонью.

– Адмирал выслушает вас, когда освободится, – отвечали ему.

– Это займет всего несколько секунд, – настаивал он.

С места, где он стоял, почтительно склонив голову и сняв шляпу, он видел спину адмирала де Седоньи. Возможно, тот даже слышал его, но зрелище на арене его сильно увлекло.

Берт ломал голову над словами, которые заставили бы адмирала подняться и велеть пропустить его в ложу. Риччи бы нашла такие слова. И Томпсон тоже.

Внезапно де Седонья действительно вскочил с места. Сидящая рядом с ним дама закрыла лицо кружевным веером, как и другие дамы.

– Что они вытворяют? Ненормальные! Наведите порядок на арене!