Читаем Капитан Райли полностью

Густой дым от наполовину выкуренной сигары, покоящейся в пепельнице, белой, идеально прямой линией поднимался к потолку, теряясь в темноте. На другом конце стола дружной компанией стояли широкий пустой стакан и едва початая бутылка виски, выглядывавшая из-за беспорядочно уложенной стопки папок высотой в ладонь.

Когда дверь в кабинет открылась, сидящий за столом человек оторвал взгляд от бумаги в руках и небрежным жестом пригласил вошедшего сесть.

— Видите ли, премьер-министр, — начал тот, каждым словом выражая уважение и почтительность.

Премьер-министр дружелюбно, но нетерпеливо его перебил.

— Оставим эти формальности, Стив. — Хозяин этого кабинета был единственным человеком, который мог себе позволить столь фамильярно обращаться к начальнику МИ-6, не считая королевы и супруги директора. — Садитесь и налейте себе виски, — указал он на бутылку. — У меня есть целый ящик превосходного шотландского «Айлей» двенадцатилетней выдержки, который мы должны прикончить, пока до него не добрались чертовы немцы, — добавил он, цинично улыбнувшись.

— Благодарю вас, премьер-министр. Но...

— Уинстон, черт побери! — рявкнул тот. — Мне нужно, чтобы кто-то хоть иногда называл меня по имени, пока я сам его не забыл.

Гость нервно откашлялся и сел, даже не взглянув на бутылку янтарного напитка.

— Да, конечно, Уинстон, — смущённо пробормотал он, — у меня плохие новости.

— Тоже мне новости, — ответил тот, откладывая лист бумаги и откидываясь на спинку кресла. — Что на этот раз?

— Это касается нашего агента в Танжере. Его послали для того, чтобы...

— Да-да, я знаю, — перебил тот. — И что же с ним случилось?

— Его убили.

Арендатор дома номер десять на Даунинг-стрит ничего не ответил. Лицо его приняло туманное выражение; глубоко задумавшись, он долго молчал, и взгляд его блуждал где-то далеко.

Полковник Стюарт Мензис беспокойно заерзал, ожидая взрыва негодования премьер-министра в ответ на эту неприятную новость.

Однако тот лишь невозмутимо поинтересовался, прикуривая новую сигару:

— Но он хотя бы выполнил порученное задание?

«С» опустил глаза и скорбно покачал головой.

— Подробностей не знаю, но, судя по всему, объектам удалось бежать.

— Как такое могло случиться? — в гневе воскликнул премьер-министр. — Разве вам не приказано отправить самого лучшего агента?

— Он и был самым лучшим, — кивнул тот. — Обстоятельства мне неизвестны, но я уверен, что...

Черчилль вновь перебил его, резко взмахнув рукой с сигарой, так что пепел дождем рассыпался по столу.

— Я не желаю слышать ваших оправданий, — перебил он. — Мне нужны результаты.

Начальник МИ-6, как мог, попытался его успокоить.

— Их ищут все наши агенты в Северной Африке, на средиземноморском побережье и на Иберийском полуострове, — заверил он. — Кроме того, я отдал приказ Королевскому флоту найти и незамедлительно уничтожить судно с приметами «Пингаррона». Куда бы они ни отправились, им от нас не уйти, Уинс... премьер-министр.

Уинстон Черчилль глубоко затянулся и выпустил струю дыма. На сей раз он ничем не выказал своего неудовольствия.

— Как вы считаете, могли они вступить в контакт с... третьими лицами? — спросил он.

Мензис убежденно покачал головой.

— Исключено, — прямо заявил он. — Единственное, чем они могли бы повредить нам — отправить полученную информацию об операции «Апокалипсис» американским властям. Однако этого не случилось и не случится. Готов поклясться, — добавил он еще увереннее, — что в эту самую минуту они ищут какую-нибудь дыру, где могли бы спрятаться, и даже понятия не имеют, что происходит.

— Наверняка они что-то подозревают, — заметил Черчилль. — Особенно после попытки их убить... безуспешной попытки, позвольте напомнить.

«С» почувствовал колкость намека, но постарался сделать вид, будто ничего не понял.

— Конечно, конечно... — послушно согласился он. — Но не забывайте, что это всего лишь горстка контрабандистов. Не думаю, что они действительно знают, что держат в своих руках.

Черчилль всем телом навалился на стол, не сводя с Мензиса тяжелого взгляда.

— Ну а мы, Стив? — прошипел он. — Мы-то сами это знаем?

Мензис нервно сглотнул.

— Я... мы... — замялся он. — Да, премьер-министр. Нам известно о нацистских планах из разных источников. Мы даже знаем, где именно планируется нападение, и хотя наши эксперты согласны с тем, что эффект от взрыва урановой бомбы будет поистине разрушительным, реакция американского народа будет столь же сокрушительной, и их правительству не останется ничего другого, как объявить наконец войну Германии.

Черчилль снова замолчал, задумавшись над своим ужасным решением, которое будет стоить жизни стольким невинным людям, но он готов был принести такую жертву ради победы в войне.

— Если бы этот слюнтяй Рузвельт решился вступить в войну... — прошептал он себе под нос, после чего резко повернулся к начальнику МИ-6. — Скажите, Стив... Скажите откровенно, начистоту: есть хотя бы малейшая вероятность, пусть даже самая ничтожная, что эта «горстка контрабандистов», как вы их называете, каким-то образом сможет помешать немцам провернуть проклятую операцию «Апокалипсис»?