Читаем Капище полностью

Пока Андрей говорил о глобальных проблемах, я накрыл на стол. Разлил запашистый супчик, хорошо получился! Зелень, колбаска, хлеб, лук, чеснок, вино и водка. Водочки я взял специально для Андрея. Доза меньше. Эффект сбивания с ног и выключения его мозгов быстрее. Пусть лучше спит от водки, чем от таблеток. Здоровее будет. Тем более, что сам говорит, что на три четверти русский. Так что водка для него генетически привычное лекарство.

Выпили, закусили. Супец отменный получился. Потом по второй. Пили водочку, вино пока отставили в сторону.

— Андрей, а в Израиле, там тоже много разных наций, или все евреи?

— Много. Ведь евреи, или те, кто сейчас косит под евреев, жили не только в России, но и в Молдавии, на Украине, в Грузии, в Армении; кстати, ты в курсе, что в Чечне есть кланы, которые имеют еврейские корни?

— Да пошел ты... Чеченский тейп с еврейскими корнями? Андрей, видимо, тебе там, в плену, по голове хорошо приложили прикладом, что такая херня в голову залезла. Еврейский чеченец. Слушай, из этой фразы может получится хороший анекдот.

— Бери, дарю. Но на самом деле это так.

— Докажи.

— Плохо ты, Леша, знаешь историю Чечни. Хоть там и воевал, да вот времени, наверное, не было подучиться. В Чечне порядка ста сорока тейпов. Есть чисто чеченские, а есть и потомки хазаров. Они такие же евреи, как и те, что живут в Израиле. Они официально мусульмане, но это все — фикция. Плевать они хотели на все это. Истинная вера — иудейская.

— По-моему, Андрюха, тебе башку там вообще отшибли.

— Смейся, смейся, но это чистая правда.

— Стар я уже стал для этих игр. Еще немного — и окажется, что миф о всемирном еврейском заговоре — чистая правда, и что война в Чечне — это дело рук Израиля. Не заставляй меня скатываться на позиции полоумных, которые на каждом углу кричат, что жиды продали Россию.

— Никто Россию не продавал, сами все профукали.

— Знаю, знаю. Кого избрали, тот и продал, вернее его Свита. Не король делает свиту, а Свита делает короля. Каждый народ имеет то правительство, которое его имеет. И так далее.

— Хорошо сказал.

Раздался звонок в дверь. Хмель разом вылетел из головы.

Сердце бешено заколотилось. Началось! А я надеялся, что обманул Систему Конторскую!

Но нет, приехал Виталий Черепанов. Я вытер мокрый от пота лоб тыльной стороной ладони. Пронесло. Уф! Тот самый чудо-казак, который спас Рабиновича, подобрав его на чеченском поле, а потом спрятал от посторонних глаз на этой квартире. Хороший мужик. Замечательный мужик.

— Ну что, крестничек, — обратился он к Рабиновичу-Коэну, — как здоровье-то? Смотрю, стал ты выглядеть гораздо лучше, а то до этого был доходяга доходягой. Молодец! И Алексей тоже постарался. Эк он все провернул! А как вырвался из ЧК?

— Повезло, просто повезло. Дуракам и пьяницам везет. — я был сама скромность.

Виталия пригласили за стол. От супа он отказался, — недавно пообедал, а вот от стопочки водки отнекиваться не стал.

— Ну что, хлопцы, за здоровье и вашу дружбу! — Виталий встал, мы последовали его примеру.

Казак степенно взял стопочку, она просто утонула в его громадной ручище, пальцами левой убрал волосы усов и бороды от губ и не спеша вылил водку в рот. Потом так же степенно подхватил пучок зеленого лука, обмакнул его в соль и закусил. Взял кусочек черного хлеба, обмазал его горчицей и не торопясь прожевал.

Я до этого ел эту горчицу, слезы бежали из глаз и дыхание перебивало, уж больно ядреная она была. Я ждал, что Черепанов сейчас схватится за горло и начнет показывать, что ему нужна вода. Ничего подобного! Он спокойно пожал нам руки, пошел в коридор и принес пакет, из него вынул знакомый сверток.

Тот самый, что я спрятал в под станицей Красново, когда вытаскивал Андрея.

— Я его не разворачивал, — пояснил Черепанов, — ты человек хитрый, мог что-нибудь туда засунуть. И могло получиться как с дедом, который твою сумку открыл. Сгорел человек. Царство ему небесное, — Виталий осенил себя крестом размашисто, во всю свою широкую грудь. — Хоть и гад был. Прости меня, Господи!

— Да неужто я б тебя не предупредил. А за деда что, осуждаешь? — спросил я, глядя исподлобья, разливая водку.

— Нет, — подполковник запаса ответил просто, не задумываясь. — И человек плохой и противнику помогал. И у тебя, Алексей Михайлович, не было в тот момент другого способа вытащить друга от бандитов.

— Это точно, — я кивнул головой. — Извини, у нас это уже третий тост будет, для тебя второй.

— Третий, он и есть третий, — Черепанов молча встал, шумно вздохнул, что-то подумал свое, перекрестился, и так же картинно красиво выпил водку. — Третий тост — он святой. — Вытер усы, и не садясь, попрощался с нами.

Уже в коридоре он сказал:

— Живите, не спешите съезжать, вчера я звонил родственникам, они еще на пару месяцев там задержатся, на своих Северах.

— Что мы должны?