Читаем Капище полностью

Машина стояла на месте. Два первых дня лил дождь, ноги скользили, разъезжались на мокрой траве и глине, Андрюха пару раз с матами упал на землю. Мы несколько раз возвращались к «базе», таская в машину оружие, боеприпасы, провизию. Много не брали, конечно, не Брестскую крепость оборонять. Переоделись в новенький камуфляж. Ботинки я оставил старые, Рабинович тоже. Новые ботинки неудобные, пока разносишь, можно и мозоли себе набить. Кстати, Рабинович, так и не рассказал толком, где расположен склад с деньгами. Дурачок, думает, что я его брошу и убью, если узнаю, как пройти к деньгам. А кто мне мешает его убрать потом, после того, как деньги будут моими? Или он хочет меня грохнуть, когда поделим добычу?

Ну нет, не хочу я Андрея убивать. Если не врет, то денег там хватит «до» и больше!

Мы, как и планировали, двинулись на Запад.

Наше путешествие продолжалось неделю. Часто останавливали на блок-постах, но чеченский язык Рабиновича вперемешку с арабским выручал нас. Я лишь свирепо таращил глаза, плевал себе под ноги. Даже если бы я заорал во все горло «Аллах акбар!», то мой акцент выдал бы нас с головой. Пока все шло неплохо. Нам везло. Мы встретили только четыре охраняемых блок-поста. Много «блоков», что попадались на пути, были заброшены. Зато по дорогам сновали автомобили, как по одиночке, так и целыми колоннами. По возможности, мы старались держаться проселочных дорог. Риск был велик, но нарываться на неприятности с группой вооруженных людей, на оккупированной территории, нам не хотелось. С Запада двинулись на юг.

Вот тут надо было быть осторожными. Не все здесь «зачистили» федеральные войска во время военной кампании. Местность пошла холмистая, перерастающая в гористую. Дальше шли настоящие горы. У нас не было ни горной подготовки, ни соответствующего снаряжения, и я поинтересовался у Андрея:

— Мы, что в горы полезем?

— В горы лезть не придется, но машину оставим. Там она пройдет, но опасно больно, охрана спать не будет.

Проехав еще несколько километров, остановились. Потом около трех километров прошли по пересеченной местности. Залегли на вершине холма. Кусты перед нами мешают обзору.

— Где? — меня бьет дрожь. — Где мои деньги? Золото, бриллианты, мое счастливое будущее и безбедная старость?

— Вон! Смотри прямо, чуть левее кривой елки.

— Где?! Не вижу! — я отчаянно крутил настройки бинокля, но ничего не видел.

— Смотри! — Андрей упер автомат, «прицелился» и уступил мне место.

— Вижу вооруженного духа с автоматом! — я увидел сквозь прорезь прицела курящего боевика, сидящего на валуне.

Действительно, все было замаскировано по высшему уровню. Потом мы еще два дня изучали обстановку на объекте. Сами меняли место дислокации, прикидывая, как лучше подобраться.

Если не знать, что здесь находится какой-то укрепленный объект, то определить это было невозможно. Лишь беспечность часовых выдавала, что здесь есть что-то охраняемое.

По нашим подсчетам, часовых было всего восемь человек, плюс один командир. В смене по два человека. Но чеченцы такие же часовые, как и во всем мире, они ленивы, хитры, любят поспать. На ночь заступало два человека, один из них около двенадцати часов ложился спать, ночь они делили пополам. Менялись около четырех часов. Проверяющий — командир, проверял несение службы около двадцати двух часов. Никто не приезжал, ни уезжал. Днем готовили пищу. В хорошую погоду — рядом с караульным помещением, в дождь, туман — в помещении.

Труба от печи была проложена под землей и выходила на поверхность где-то в тридцати метрах от самого помещения. Конечно, тяга была слабая, но и дыма выходило немного, демаскировка минимальная.

Днем народ развлекал себя как мог. Кто метал ножи в сосну, кто что-то выстругивал. Иногда они устраивали танцы. Становились в круг и хлопали в ладоши, по очереди заходили в круг и лихо отплясывали свой воинственный танец.

Мы решили, что проникать внутрь можно только ночью, в период с двух до четырех часов, либо когда они вот так пляшут. Часовые тоже подходили и хлопали в ладоши, не вступая в круг. Кто-то из боевиков соорудил лук и стрелы, и они устраивали соревнования на меткость, но на Вильгельма Телля и Робина Гуда никто тянул. Зато они очень активно охотились на всевозможных птиц и пичуг. Защитники природы могут спать спокойно, боевики никудышные стрелки из лука. Зато нам удалось увидеть зачехленный и замаскированный миномет, он смотрел в сторону подъездной дороги.

Тренировок командир боевиков им не устраивал, собак они не держали. Все это было хорошо, но мы потратили еще сутки, пока обнаружили вход в вентиляционную систему. Труба, замаскированная молодым ельником скрывалась за россыпью камней.

Мы бы могли еще просидеть там две недели и ничего не увидеть. Помогла лисица. Она выбежала из ниоткуда. Потом, уже внимательно присматриваясь к местности, мы заметили этот лаз. Была у нее там нора или просто она бегала в поисках добычи — неизвестно, но мы ее больше не видели. Не думаю, что боевики сами знали о существовании этого темного отверстия. Оно находилось в пятидесяти метрах от них.