Читаем Капа полностью

- Нас? Нас много, а если быть точнее, то я одна такая. - Скромно потупив глазки, произнесла рыбка, выглянув из аквариума.

Взяв всех троих на руки Бабушка подошла к аквариуму, и нежно погладила золотую рыбку, засунув руку в аквариум.

Рыбка закатив глаза, чуть не мурлыкнула от удовольствия. Она бы обязательно это сделала, если бы только умела.

- Давайте пить чай, - предложила баба Тоня. - Я вам сейчас таких пирогов напеку, пальчики оближите!

Затем, посмотрев на Сему и Зарю, с улыбкой добавила:

- Щупальца и плавники тоже.

Глава тринадцатая

Выходной

Когда баба Тоня ушла на кухню, Феня стал собирать школьный портфель.

- Ты куда? - встрепенулась Капа. - А как же чай?

- Некогда, - натягивая куртку, сказал Феня. - Если я буду пить чай, то могу опоздать в школу. Мне кажется, что я уже целую вечность не был в своем классе. Даже успел немного соскучиться. А чай попейте без меня. Мою чашку чая вместо меня можешь выпить ты.

Капа, устроившись на подоконнике, грустным взглядом проводила Феню, который пересек двор и скрылся в арке дома. Затем она стала наблюдать за стаей воробьев, мечущихся с ветки на ветку. Один серый воробей, нахохлившись и напыжившись, отчаянно пытался привлечь внимание одной воробьихи. Крутясь перед ней в каком-то немыслимом птичьем танце, воробей громко чирикал что-то на своем воробьином языке. Наверное, это была серенада, посвященная им своей избраннице.

- Вот и я, так же! И так и этак, - примостившись рядом с Капой, грустно промолвил осьминог.

- Что? Ты о чем это? - с трудом отвлекшись от каких-то своих мыслей, недовольно переспросила Капа.

- Не о чем, а о ком. О тебе, конечно, - буркнул Сема, и немного подумав добавил, - и о себе тоже. Стараюсь тут перед тобой, воробышком чирикаю. А ты?

- Ты опять начинаешь?! - укоризненно сказала осьминогу Капа. - Как ты не поймешь, что мы с тобой совершенно разные.

- Я без тебя не могу жить, - грустно произнес в ответ Сема.

Капа, что-то разглядывая в окне, упорно молчала.

- Что? Опять поссорились? - спросил Феня, заходя в комнату.

- Ты уже вернулся? Сейчас в школе так быстро учат? - удивленно спросила его Капа.

Феня, вздохнув, ответил:

- Я совсем забыл, что сегодня воскресенье.

- Ну и что? - не унималась Капа.

- Как это что? Сегодня воскресенье, значит выходной.

- А что такое выходной? - заинтересовалась она.

- Это такой день, когда никто, ничего не делает.

- Ага, - сообразил Сема. - Это значит лентяйничают.

- Но ведь это же, наверное, так скучно! - протянула Капа.

- Мне на выходные никогда не бывает скучно, - заметил Феня. - Я смотрю мультфильмы, и...и...- и Феня удивленно замолчал. На самом деле, чем он обычно занимался в вы-ходные?

- Фенечка, а ты куда это собрался? - войдя в комнату и увидев куртку на мальчике, поинтересовалась баба Тоня. - Подожди, не уходи, давай сначала чайку попьем. Приглашай своих иностранцев.

Сняв куртку и помыв руки, Феня сел за кухонный стол, на котором стоял аккуратно сервированный чайный сервиз. Сема с Капой уже во всю спорили кому сесть поближе к пирогам.

Баба Тоня разливала чай, вспоминая старые времена:

- Раньше бывало на день рождения торт ставили со свечами. Торты были вкусные, сладкие, а теперь одна зубная боль. Свечки вот, тоже стали делать совсем негодные. Пока послед-нюю зажжешь, первая уже сгорела. Да и жаркие больно, того и гляди, пирог расплавят. У меня подруга в прошлом году от этих свечек в обморок от жары упала. Не могут сейчас нормальные свечки делать.

Поочередно отпивая чай от каждой из двенадцати чашек, Капа важно кивала в знак согласия с бабушкой.

- Передайте мне конфеты, пожалуйста, - попросила она Феню.

- Сколько тебе? - спросил Феня.

- Да немного. Одну мне, другую - Капе, еще одну - твоей подруге, еще одну - возлюбленной осьминога Семы. Итого получается пять конфет.

- Я насчитал четыре, - поправил ее Феня.

- А ты забыл про подругу Зари, да еще про хорошую знакомую бабы Тони. И вообще, что это за нескромный вопрос такой, "сколько"? Воспитанный человек должен подать сразу всю вазочку с конфетами.

Вдруг в прихожей зазвонил телефон. Баба Тоня, шаркая стоптанными тапочками и что-то ворча под нос, медленно поплелась к нему.

- Алло, - протянула она в трубку. - Какой доктор? Когда приезжали? Сегодня? Ах да, я совсем забыла.

- А я вот, представьте, не забыл, - ответил на том конце провода голос Фень Феневича. - Меня, простите, впервые в жизни таким чаем угощают, доброжелательно мурлыкал он в трубку. - Моя жена не могла готовить мне такой восхитительный чай.

- Очень рада. Как ваше самочувствие?

- Не помню...Но, понимаете, она постоянно мне изменяет! - со вздохом признался доктор.

- Очень сожалею, передайте ей от меня привет, - ответила ему баба Тоня.

- Кому?

- Вашей жене, разумеется.

- Но, простите, я вдовец.

- Но кто же в таком случае вам изменяет? - ошарашено спросила баба Тоня.

- Боже упаси! Это мне память изменяет. А можно я еще раз приду к вам на чай? Ваш чай - это единственное, что я никак не могу забыть. Заодно ваше сердце послушаю. Мое сердце подсказывает мне, что я просто обязан это сделать.