Читаем Капа полностью

- Мы с Иваном Константиновичем, ну, с этим, Айвазовским, однажды такой ремонт на кухне сделали, заплаваешься! Так он потом все стены на квадратики порезал и в позолоченные рамки вставил, - критически оглядывая кухню, вспоминала Капа.

Обмерив расстояние пальцами, посчитав что-то в уме, Капа ткнув в загадочную, только ей понятную точку на стене, заявила:

- Начинать будем отсюда.

Тут работа закипела, она кипела словно вода в котле от избытка усердия и эмоций! Капа стояла в углу, скрестив руки на груди, словно полководец на поле брани, и покрикивая командовала Семой и Феней, которые стоя на стремянках под самым потолком послушно выполняли ее указания.

- Туман пудры, акварельную запятую, помадный росчерк...Какой замечательный колер! - обмакнув кисть в желтую краску, провела Капа по стене. - Здорово! выдохнула она, любуясь мазком.

Феня размашисто действовал своей беличьей кисточкой. Пока Сема ползал по потолку, держась за него своими присосками и делился с ним воспоминаниями об океанских просторах. Он аккуратно нарисовал солнышко, цветочек, и умело набросал силуэт танка.

- Да ты прирожденный талант! - воскликнула Капа. - Какую замечательную композицию ты изобразил! А этот жук-долгоносик просто бесподобен!

Открыв холодильник, Капа вытащила свеклу, морковку, смородиновое варенье:

- Вот так, - сопела она, свеклой дорисовывая на солнце губы и глаза. Задышала наша работа! Чувствуешь, какой простор жабрам? - обратилась она к мальчику. - Но, правда немного суховато.

Сема свесившись с потолка заметил:

- Наоборот, все сыро, но я думаю скоро высохнет.

- Я не об этом! Я о чувствах! - возразила ему Капа.

Феня, подбодренный похвалой Капы и не обратив внимания на слова Семы, стал искать на стене место для того, чтобы дорисовать тучку с дождиком, чтобы его работа не казалась суховатой. Но от желтых капель дождя сухость картины почемуто не исчезла.

- Что-то надо предпринимать, иначе краски высохнут, - засуетилась Капа. И вся наша работа насмарку.

Схватив кисть, Капа уверенно изобразила желтое ведро до краев наполненное белой жидкостью.

- Вроде молока получилось. Жидковато, но не то. Чего-то здесь не хватает...Я поняла! Здесь Семы не хватает.

- Меня рисовать будете? - обрадовался Сема, спустившись с потолка. Кухонные художества, желто-белые перспективы, задавленные свеклой, морковкой, смородиновым вареньем, до краев наполнили Семино сердце восхищением.

- Все-таки мы молодцы! В одиночку я не смог бы так талантливо изуродовать кухню.

- Да что ты понимаешь в искусстве! Многих художников никто при жизни не оценил. Я тебя не критиковать пригласила, а помочь.

- Да здесь уже и так все в порядке, хуже некуда. Ты права, меня здесь не хватает! - встал Сема в позу натурщика. Увидев удивленные взгляды друзей, осьминог недоуменно по-жав плечами, поменял положение. - Так лучше? - спросил он, мысленно готовясь к долгому, утомительному позированию.

- Ты мне сюда фиолетового цвета добавь.

-Может не стоит? - разочарованно протянул Сема. - Лучше я здесь пробегусь, и все станет фиолетовым. А кухню мы назовем "Туман в ночи".

Прищурив глаза, Капа подумав, ответила:

- А это идея! В этом что-то есть, но все-таки делай как я тебе говорю. С ночными туманами подождем. Ты главное тучки, капельки прояви.

А баба Тоня, в это время, на минуту забыв о домашних проблемах, уже четвертый час сидела на кухне у своей лучшей подруги. Софья Андреевна, пенсионерка со стажем, была вне-штатным корреспондентом всех городских газет и местного телевидения, потому что она знала все городские новости из первоисточников, то есть из сплетен околоподъездных бабушек. У Бабы Тони не было необходимости выписывать газеты и журналы, потому что все самые свежие новости она узнавала от Софьи Андреевны, которая жила на девятом этаже этого же подъезда. Вот и теперь она делилась с бабой Тоней последними известиями:

- Ты знаешь, кто - то затопил картинную галерею, там иностранная делегация на надувных лодках плавала от картины к картине, рядом с плавающими моделями фрегатов, парусни-ков, и аквариумами с рептилиями. Представляешь, какая красота! - восхищенно рассказывала Софья Андреевна. - Им денежную премию за это дали.

- Кому? Фрегатам? - удивилась баба Тоня.

- Да нет же! - обожглась чаем Софья Андреевна.

- Неужели иностранцам?

- Картинной галерее. Вот кому, - удивляясь непонятливости подруги, сказала Софья Андреевна.

- За что? За то, что картины чуть не утопили?

- Да нет же! За неординарный подход к подготовке экспозиции. Теперь, говорят, этих денег хватит на строительство суперсовременного выставочного зала.

- Значит, под нами уже не будет выставочного зала? - обрадовалась баба Тоня.

Прикусив конфету, Софья Андреевна утвердительно кивнула:

- Не будет.

- Здорово! - впервые за последние годы осталась довольна баба Тоня.

- Там, теперь бассейн сделают.

Увидев округлившиеся глаза подруги, Софья Андреевна безапелляционно произнесла: