Читаем Канцелярист полностью

Магистр находился в самом центре этого людского водоворота, что не останавливался ни на минуту. Его мощный, но абсолютно равнодушный ко всему, что отличает обычный компьютер от человека, разум управлял огромной паутиной из своеобразного «ока шторма». И ни один помощник, ни один аналитик не представлял всего величия сплетенной старым пауком сети. Одно смущало чистый и упорядоченный интеллект — в случае прекращения его функционирования (магистр уже многие годы избегал слово «смерть» применительно к себе) вся эта махина складывалась подобно карточному домику без надежды на восстановление. Именно поэтому тело, дух и разум старика, которому по всем естественным законам природы давно пора было покинуть этот мир, охраняли мощнейшие маготехнические системы защиты и отряд отборнейших бойцов, каждый из которых отбирался и готовился «штучно», чтобы занять именно ему отведенное место в системе обороны этой ветви Ордена.

Сегодня Магистр раздраженным быть изволил. Окинув взглядом отделанный под старину кабинет с настоящим камином, обставленный со вкусом и смыслом, за многие десятки лет надоевший до чертиков. И даже напоминание антуража об Ост-Индийской компании, со многими представителями которой он был знаком лично, пусть и на излете ее могущества, уже не вызывало той приятной ностальгии как раньше. Массивная мебель, огромный стол, обитый зеленым сукном и книжные шкафы вдоль каждой из стен. На каждый из этих предметов взгляд падал уже миллион раз. Скуууууучно. Два удобных кожаных кресла, между которыми расположился большой глобус-бар, позволяли Магистру и его гостю (какой случался крайне редко!) с комфортом расположиться в пол оборота к весело потрескивающему огню, но сегодня пляшущие язычки пламени не могли согреть старых костей.

Оказаться приглашенным сюда — было мечтой каждого из братьев, ибо означало, что Сам их заслуги оценил и выделил среди остальных. Верный прицел на следующую ступеньку в иерархии Товарищества Иисуса. Когда-то этой чести радовался и старый вояка Повилас, чье лицо сейчас занимало практически весь экран монитора мощного комплекса связи.

— Как это случилось? — уточнил прошелестевший сухим песком пустыни безжизненный голос Магистра.

Несмотря на привычное отсутствие явных эмоций, он явно считал, что обозначить результат операции как «они ушли!» недостаточно. Нужно обязательно объяснить почему, а так же ответить на два извечных вопроса «кто виноват?» и «что делать?».

Пока координирующий питерскую операцию из Москвы Повилас собирался с ответом, старик в кресле задумался. Парадокс двух извечных вопросов, касательно политики или аппаратных игрищ был вовсе не в том, что невозможно было найти на них ответы, а в невозможности сделать это ОДНОВРЕМЕННО. Выбор в пользу деятельности и исправления ситуации, зачастую при помощи тех же людей, которые и стали виновниками ее происхождения, как самых с проблемой знакомых, не предполагает поиска виноватых. Амнистия для всех участников процесса в этом случае предполагается по умолчанию. Если же упор делается на второй вопрос, то виноватый всегда находится, пусть и не всегда причастный к проблеме, а вот ее решение откладывалось, да еще и осложнялось выбиванием наиболее осведомленных участников процесса. Ибо нахождение виновника всегда предполагает его наказание.

Так «Кто виноват?» или «Что делать?».

— Операция шла по утвержденному плану. Однако перед самым «контактом» противник насторожился, а затем и вовсе стал оттягиваться назад. Атаковать в такой ситуации, рискуя потерять ценный ресурс для будущих акций, я счел излишним. Причины отступления противника выясняются. Однако никаких признаков обнаружения засады не было… Тут я полагаюсь как на показания бойцов группы, так и на объективный контроль.

Магистр поднял руку, заставляя замолчать, даже не представляющего какая петля едва не затянулась на его шее, Повиласа.

— И все же, засаду они почуяли. — Констатировал старик, едва не по кадру разобрав ролик с камер объективного контроля операции.

— Да, Магистр, — склонил голову Шрам. — Однако механизм обнаружения мне непонятен. Пока не ясен. Проводится расследование. Считаю удачей, что мои люди — профессионалы — успели среагировать до того, как…

— Это беспокоит тебя больше всего? — задумчиво поинтересовался хозяин «Ока Шторма».

Вопрос был риторическим, а потому собеседник не стал отвечать. Тем более, размышления Магистра прерывать было чревато, а тот явно задумался. Какая-то мысль не давала ему покоя, когда…

— Фотографию заложника, быстро! — Бросил он, не сомневаясь, что приказ будет выполнен молниеносно.

Повилас старался фиксировать все и всегда. Однако в этот раз именно фотофиксация не велась. Зато через пятнадцать секунд дряхлый старец без эмоций просматривал кадры оперативной съемки.