Читаем Каннибализм полностью

«Около двенадцати часов дня через двор миссии прошествовала длинная вереница туземцев с добычей. Пятьдесят человек несли столько же проткнутых копьями козлов, другие, которым повезло меньше, тащили рыбные сети, в руках они держали различные коренья и листки подорожника.

Это была только прелюдия к тому, что последовало далее. Мимо меня прошли еще двое. Один нес на острие человеческую шею, а другой — руку. Они отрубили их у человека, который погиб на поле боя. Вскоре появилась еще одна группа воинов, которая приняла участие в охоте чуть позже. Они тоже продефилировали перед нашим домом. Боже, что за тошнотворное зрелище! В середине цепочки трое несли части изуродованного человеческого тела. Один нес туловище, с которого еще капала кровь. Он, просунув руку в дыру в его брюшине, держал на весу свою ужасную ношу. Два других взвалили себе на плечи ноги трупа.

Они собирались сварить эти окровавленные куски и съесть сегодня же вечером. Само собой, мы не пошли на этот чудовищный праздник. Как говорят, несколько молодых воинов опоздали к раздаче, все мясо уже было съедено. Но им все же предложили овощи, сваренные в том бульоне, где варился труп. От таких рассказов мы вообще утратили на пару недель аппетит.

Через пару дней во двор миссии вошел юноша, держа в руках завернутый в большой лист папоротника кусок жареного человеческого мяса, и один из находившихся там рабочих жадно присоединился к его трапезе. Мы видели, с каким удовольствием они уплетали эти лакомые для них кусочки. На следующий день после их победы наши сотрудники посе тили те поселки на мелких речках, которые были оставлены победителям на милость. В одной из покинутых хижин лежала больная женщина. Ее нашли и сожгли живьем, а несколько придурков весело отплясывали, имитируя ее предсмертную агонию. Такая жестокая расправа над старой больной женщиной здесь считается прекрасной шуткой. Вообще-то туземцы племени бангала — добродушные, веселые люди, они легко вступают в беседу, демонстрируя свое искреннее расположение, но, стоит им только почуять запах крови, они совершают чудовищные поступки. Те сцены, которые леденят нам душу, для них всего лишь обычные инциденты...»

Другой миссионер, Гренфелл, сообщает нам, что женщины племени бангала «кормят собак на убой» в прямом смысле слова, как мы, например, цыплят, и потом их съедают. Несколько бангалов в Лукунгу купили кусок мяса. Но собака выхватила его у них из рук и сожрала. Они таким образом остались без желанного лакомства. Изловив собаку, они распороли ей брюхо и достали съеденный ею кусок. К тому же они получили и неожиданный приз — собачью тушку.

Перейти на страницу:

Все книги серии Экспресс

Революционный террор в России, 1894—1917
Революционный террор в России, 1894—1917

Анна Гейфман изучает размах терроризма в России в период с 1894 по 1917 год. За это время жертвами революционных террористов стали примерно 17 000 человек. Уделяя особое внимание бурным годам первой русской революции (1905–1907), Гейфман исследует значение внезапной эскалации политического насилия после двух десятилетий относительного затишья. На основании новых изысканий автор убедительно показывает, что в революции 1905 года и вообще в политической истории России начала века главенствующую роль играли убийства, покушения, взрывы, политические грабежи, вооруженные нападения, вымогательства и шантаж. Автор описывает террористов нового типа, которые отличались от своих предшественников тем, что были сторонниками систематического неразборчивого насилия и составили авангард современного мирового терроризма.

Анна Гейфман

Публицистика

Похожие книги

Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1
Персонажи карельской мифологической прозы. Исследования и тексты быличек, бывальщин, поверий и верований карелов. Часть 1

Данная книга является первым комплексным научным исследованием в области карельской мифологии. На основе мифологических рассказов и верований, а так же заговоров, эпических песен, паремий и других фольклорных жанров, комплексно представлена картина архаичного мировосприятия карелов. Рассматриваются образы Кегри, Сюндю и Крещенской бабы, персонажей, связанных с календарной обрядностью. Анализируется мифологическая проза о духах-хозяевах двух природных стихий – леса и воды и некоторые обряды, связанные с ними. Раскрываются народные представления о болезнях (нос леса и нос воды), причины возникновения которых кроются в духовной сфере, в нарушении равновесия между миром человека и иным миром. Уделяется внимание и древнейшим ритуалам исцеления от этих недугов. Широко использованы типологические параллели мифологем, сформировавшихся в традициях других народов. Впервые в научный оборот вводится около четырехсот текстов карельских быличек, хранящихся в архивах ИЯЛИ КарНЦ РАН, с филологическим переводом на русский язык. Работа написана на стыке фольклористики и этнографии с привлечением данных лингвистики и других смежных наук. Книга будет интересна как для представителей многих гуманитарных дисциплин, так и для широкого круга читателей

Людмила Ивановна Иванова

Культурология / Образование и наука
Семиотика, Поэтика (Избранные работы)
Семиотика, Поэтика (Избранные работы)

В сборник избранных работ известного французского литературоведа и семиолога Р.Барта вошли статьи и эссе, отражающие разные периоды его научной деятельности. Исследования Р.Барта - главы французской "новой критики", разрабатывавшего наряду с Кл.Леви-Строссом, Ж.Лаканом, М.Фуко и др. структуралистскую методологию в гуманитарных науках, посвящены проблемам семиотики культуры и литературы. Среди культурологических работ Р.Барта читатель найдет впервые публикуемые в русском переводе "Мифологии", "Смерть автора", "Удовольствие от текста", "Война языков", "О Расине" и др.  Книга предназначена для семиологов, литературоведов, лингвистов, философов, историков, искусствоведов, а также всех интересующихся проблемами теории культуры.

Ролан Барт

Культурология / Литературоведение / Философия / Образование и наука