Читаем Каникулы в Риме полностью

– Сочувствую, – сказал Макс, понятия не имея, как расположить к себе аборигена.

– А твоя? Тоже пилит?

Максу припомнилась проповедь о сувенирах. Интересно, можно ли эту дискуссию подвести под определение «пилить»? Наверное, можно, все ради науки. Он представил себе Ингу с бензопилой в руках и усмехнулся.

– Моя за сувениры, что их надо покупать. А я не понимаю, зачем тратить деньги на пластиковые поделки.

– Во! – обрадовался мужик. – Вот что у них в головах, а? Весь холодильник в этих магнитах дурацких! Я пиво доставал недавно, разбил один, ору было!.. Глеб, – представился он внезапно и сунул Максу не очень чистую, потную ладонь. Пришлось пожать, а потом украдкой вытереть руку о джинсы. – А тебя звать как?

– Максим… Макс.

– Ну что, может, оставим теток по экскурсиям бродить, а сами по пивку? Пивко тут хорошее, холодненькое, я уже опробовал вчера.

Ритуальные танцы в этом отрезке обитаемого мира протекают с ошеломляющей быстротой, подумалось Максу. Он сам-то как привык? Чтобы сначала взаимный интерес (деловой чаще всего), затем согласование времени, потом хороший ресторан. Отец никогда не пил пива, и Макс не приучился пить. Хотя в студенческие времена случалось пробовать эль с английскими ребятами, все равно не привык.

– Боюсь, Инга не одобрит, если я уйду с экскурсии, – заметил он. – И нам, кажется, пора идти. – Гида в наушнике уже почти не было слышно, только невнятное потрескивание, сквозь которое прорезывались изредка обрывки фраз, имена и даты.

– Тогда после обеда, а? Бабы по магазинам, а мы по пивку!

– Не могу обещать.

– Ну, ничего, – обнадежил его неунывающий Глеб. – У нас целая неделя, успеем еще.

Это обещание несколько насторожило Макса, однако он привык решать проблемы по мере наступления.

Спустились по узким лестницам, прошли по крохотному дворику, где добролицый каменный ангел с железными крыльями тоже как бы символизировал отказ от божьих кар. Глеб болтал непрерывно, и это было, наверное, к счастью, потому что Макс не испытывал особого желания отвечать на вопросы. Кажется, его лимит коммуникабельности полностью на сегодня исчерпан рыжим Кириллом.

На мосту Святого Ангела группа задержалась ненадолго, все уже устали, всем хотелось есть и отдыхать – даже статуи с распахнутыми крыльями удостоились совсем небольшого внимания. Их ожесточенно фотографировали, но особого интереса они не вызывали ни у кого, кроме самых стойких.

По извилистым, уходящим вдаль улицам, залитым вовсю разъярившимся летним солнцем, Анна повела группу к последнему на сегодня объекту – Пантеону. Макс нагнал Ингу и пошел рядом, а она спросила как ни в чем не бывало:

– Как тебе замок?

– Впечатляюще, но уже хочется обедать.

– Мужчины всегда хотят есть.

– Женщины тоже хотят, но притворяются, что не хотят.

– Прожорливый мы вид, – вздохнула Инга. – Сейчас зайдем в Пантеон, и потом нас поведут обедать.

Макс сунул руки в карманы джинсов, чего себе сто лет уже не позволял, и снова подставил спутнице локоть.

– Держись. Иначе толпа тебя унесет.

– Вы очень галантны, Максим Эдуардович.

– Я познакомился с представителем нужного племени. Вон с тем, – он кивнул на Глеба, семенившего рядом со своей супругой. Супруга что-то сурово выговаривала, обмахиваясь газетой. – Он пригласил меня пить пиво, хотя на приглашение это не походило – скорее, на неизбежность.

– Это прекрасно. Сходи, заодно выведай у него, что он думает о ценах на нынешнюю московскую недвижимость. Только я тебя предупреждаю, что это может звучать непечатно.

– Может, следовало все-таки устроить социологический опрос?

– Опрос я и так устроила, не беспокойся.

– Когда ты успела?

– Отдала распоряжение утром перед отъездом. Солдат спит, служба идет. Когда приедем, будут результаты.

– Очень хорошо, – похвалил ее Макс.

– Я знаю. Я ценный работник.

– Выпишу тебе премию.

– Вот спасибо, Максим Эдуардович. Мне как раз нужно посетить римские магазины.

– Договор скреплен.